— Интересно, кто в списке моих врагов значится следующим?
Вопрос был направлен в точку сознания, где должен был находиться ответ.
Полковник ответил без промедления.
— Тот, кто посетил вас сегодня утром. Кстати, ход с девчонкой, что живёт напротив, был придуман, как никогда вовремя. Сейчас, когда всё в прошлом, даже представить себе трудно, во что могло вылиться столкновение двух противоборствующих сторон.
— Одним врагом стало бы меньше.
— Не скажите. Лемье с Кузнецовым не такая уж слабая команда.
— Кузнецовым? Это вы про длинного что ли?
— Про него родимого. Бывший сотрудник антитеррористического подразделения, майор в отставке, участник двух десятков серьёзнейших операций, имеет столько правительственных наград, сколько не имеет никто другой из числа сотрудников того же подразделения. Следующей должна была быть звезда Героя России. Подрыв на фугасе спутал парню все карты. Госпиталь, списание в запас. Думали, сорвётся, начнёт пить, а то и того хуже, встанет под флаг криминала. Нет. Выбрал путь, который предугадать не мог никто. Один из сослуживцев открыл частное сыскное бюро. Под крыло товарища присел и Кузнецов, став личным телохранителем шефа. Когда, кто и на каком этапе свёл его с Жаком Лемье, остаётся тайной. Со временем мы выясним и это. Однако в силу причин секретности операции руководством принято решение, чтобы оставить всё, как есть.
— И какую цель преследует Жак?
— Имеете в виду, что больше интересует француза, документы или фамильные реликвии?
— Да. А то война идёт, а кто и за что бьётся, непонятно.
— Нам бы тоже хотелось это знать. И как мне кажется, в скором времени всё встанет на свои места.
— Намёк на то, что Элизабет поделится неудачей по поводу тайника с матерью, та расскажет мужу. И Жаку будет предложено вернуться в Париж?
— Вроде того.
— В таком случае возникает вопрос, что конкретно могло заставить француза кинуться на поиски реликвий? Чужая страна, чужие люди. Неизвестно, во что вообще могло вылиться путешествие в Россию.
— Сами-то что думаете?
— Только не деньги.
— Почему?
— Потому что папа упакован так, что может позволить жить сыну не то, что беззаботно, а я бы сказал, припеваючи.
— Вначале так оно и было, Жак жил, как хотел. Однако страсть к кокаину, а затем и к более серьёзным наркотикам заставили родителя изменить отношение к отпрыску в корне. Попытка вылечить успеха не имела. Не дала положительного результата и изоляция. Проходило время, Жак возвращался к старому, и всё начиналось сначала.
— И папаша решил лишить сына дотации?
— Верно. Лемье- старший перестал давать Лемье- младшему деньги. Какое-то время Жак держался, где перезанимал, где приторговывал дурью. Но рано или поздно и тому, и другому приходит конец. Долг наркоторговцам превысил допустимые нормы. Лемье установили срок, в течение двух недель тот должен был вернуть деньги. В противном случае, плавать парню в Сене, стоя в тазике с бетоном.
— Чем всё закончилось?
— Тем, что Жак рассказал «попечителям» о тайнике, о том, что сестра намерена вылететь в Россию на поиски завещанного прапрадедом клада.
— Ну, прямо вторая серия «Итальянцев в России».
— Не итальянцев, а французов. Жаку была дарована жизнь взамен на информацию по поводу местонахождения тайника. Мало того, была открыта кредитная линия, позволяющая курсировать по России в любом направлении. Не за спасибо, конечно. На карту была поставлена жизнь в обмен на 70 % от всего, что будет найдено в тайнике.
— А каким образом папиному сынку удалось выйти на Кузнецова?
— Я же говорю, над этим мы работаем. Пытаемся выяснить: не кто рекомендовал бывшего спецназовца, а кто стоит за всем этим со стороны французов.
— Так говорите, словно догадываетесь.
— Угадали. Всё сводится к тому, что в игру вступила ещё одна группа из числа тех же криминальных авторитетов, но только проживающая не в России, а в странах дальнего зарубежья. Иначе сказать, французская мафия договорилась с русской мафией, что стало поводом для создания интернациональной группировки с кодовым названием «Париж — Москва».
Илья удивлённо и в то же время озабоченно покачал головой.
— Похоже, вы правы. Желающих приобщиться к тайнику семьи Соколовых становится более чем предостаточно.
— А вы думали? Где деньги, там и зло.
— Почему не добро и деньги? Почему всему, что касается золота, шедевров искусства, должны сопутствовать такие понятия, как алчность, предательство, ничтожество, человеческое безрассудство?
— Потому что это один из наиболее доступных способов обеспечить себе ни к чему не обязывающую жизнь. Вот вам сколько приходится всего перелопатить, чтобы провернуть одну сделку?
— Много.
— Тут же один ход, и человек в дамках.
Взяв в руки бутылку с коньяком, Илья начал разливать содержимое по бокалам.
— Я так понимаю, кроме Графа с Рученковым, Жака, представляющего бандитский синдикат Франции и ФСБ, есть кто-то ещё, кто хотел бы знать, где находится тайник?
— Есть. Но вас эти люди должны волновать поскольку постольку.
— Почему?
— Потому, что добраться до них можно только через первых лиц страны.
