Проходим короткой аллеей, и я гадаю в небе над нами колючие оголённые ветки – боярышник заплетает свои ягоды в звёзды. Летом здесь прячется сумрак, сегодня же – тёмный вечер. И вечер этот на редкость вкусен. Этот вечер в хрустящем фанте. Вечер – конфета с воздушным рисом и карамелью. Знаешь, мне сейчас очень красиво…
Мы проходим эту аллею то словом, то молча… Этой дорогой я проходила недавно, кажется, в среду… Шла здесь одна… Вчера ли?
Быть может. Я и не знаю.
Боже, да кто ж мог подумать, что так будут сходится все Луны!.. Я и представить была не в силах, что можно идти здесь вот так. Просто вместе…
«Теперь мне туда». Под веткой рябины пройти в тёмный двор. Тебе уже точно сейчас не со мной. Теперь уже точно. Я знаю.
«До завтра».
Я киваю в ответ.
«Приятного вечера». Ты улыбаешься.
«И вам всего доброго».
До. Свидания.
Вот мой подъезд, и поиск ключей. Я на мгновение окажусь темноте, потому что закрыла глаза – так всегда легче представлять карман изнутри. Хотя, там, наверно, и вправду темно.
Забавно, знаешь, смотреть, не видя. Но ведь мы только этим и занимаемся, что не видим. И не находим это забавным. Чувствую, что зачерпнула в ладошку лишь мелочь и старость билетов.
Брелок на моих ключах – это башня Парижа. Мне красиво её находить в этой тьме, ощущать на ладони знак, открывая обычную дверь.
Лестница на второй этаж… Снова дверь.
Ключ от квартиры лежит отдельно, не в связке. Я и не знаю, отчего он такой. Такой плоский, холодный… Ключ от квартиры, где я ночую.
И там я другая. Шаг в коридор, и мир изменяется. Кто-то остался в подъезде, призраком дожидаться утра на площадке.
И ей одиноко.
Наверное, завтра мне будет страшно спросить: «Вы сегодня со мной?». И улыбаться на всякий случай. Тоже от страха. Я буду молчать. Пойдёшь ли ты следом? Не знаю…
Бывают мгновения шага навстречу, как по касательной – ты правой, он левой – и на миг оказаться друг к другу чуть ближе, внезапно… Ни это ли чудо?.. Ни чудо ли просто придерживать руку на скользкой дороге?
Прикосновения… Я улыбаюсь в своей пустой кухне, склонившись над чаем и вспоминая. А она там, в подъезде, тоже вздыхает, прислонившись к холодной стене. Мы так похожи…
Мне не опомниться… Ты уходил в этот вечер своей освещённой дорогой. Прямой, а я – по касательной.
Как всегда.
Не касаясь. Меня больше нет в этом «сегодня»
А завтра - раннее утро. И электричка. Вечер. И снова.
Дальше – всё заново.
Утро на станции. И электричка.
Вагоны…
И вечер. Дорога домой.
Раннее утро… И дальше – лишь вечер. На станции.
И электричка…
Не скучно тебе?
Мне не скучно.
Мне страшно, что не окажется точек касаний…
4.
Творить – это больно. Творить – это значит смотреть чуть-чуть сбоку, чтоб было виднее, пропустив, в то же время, сквозь собственность сердца. Увидеть, прожить это нечто. Вынуть и видеть. Героев. Слова и сюжеты. Автора. Мысли…
Со стороны…
Мне бы уйти, вернуться к началу, вспять повернуть, повторяя пройденный путь. И больно не будет. Да, будет страшно, но совсем по-другому.
В мире два страха – тот, что подстёгивает нас идти дальше, и тот, от которого ты цепенеешь, не в силах более сделать и шага.
Я так устала. Я, возвращаясь дорогой обратно, хотела увидеть… Какое ж в конце ожидала начало? Детали и пазлы в обратном порядке… Загадки слагаются в тонких нюансах…
Я так устала. И знаю, что глупо, глупо такое сказать в неполные тридцать. Хуже, пожалуй, в этом признаться.
Мило, печально, мне отчаянно больно. До одури. Вспомнить. Я задыхаюсь. От страха, и боязно даже представить, что стоит вернуться, да так и остаться. Да так и оставить, как не бывало. Кажется, дальше пути и не будет.
В себе. Я – в начале. Я – точка. Лишь точка нелепых пересечений.
А хочется, будто ребёнку, поверить, что есть абсолютная сила… Но я, озираясь, вижу лишь пазлы. Кусочки мозаики. И – мгновения. Может быть, правда в абсолютных осколках? Наверно, они – та великая сила…
За мною осталась дорога. Лишь жёлтый кирпич, изумрудные замки – Китайские стены… Я – не герой, герои все умерли. Лишь мы и остались, картонные куклы. Мы персонажи. Обычные типы.
И жить – это стильно, наверно. Быть может.
Вот и стою так, ожидая свой поезд, среди этих мыслей. Мыслей-скалярий, что заслоняют меня парусами – плоскостью тел. И плавниками. Утро. Город. И люди.
Небо.
Часы. Семь пятнадцать. Надпись «Кафе» - неоновый красный. Переезд и смотритель. Жёлтый фонарь, пролетающий снег. Немоё настроение – общее, как у всех здесь стоящих в немом ожидании.
И утро такое же, совсем настоящее – утро обычное с прибывающим поездом, началом зимы. Я многое вижу. И принимаю это как данность, как истину, правду….
Такое вот утро, и ситуация.
Отчаяние спрятано. Я понимаю, что уже не поверю, мне не заставить себя и пытаться… Прибывающий поезд. Начало зимы. Ты стоишь там в толпе, ты стоишь, отвернувшись, ты уже не становишься моей частью. И с каждой минутой необратимо, спекаясь в осколок калейдоскопа. Такой же обычный. Чужой. Понимаю…
Наша встреча когда-то была, но, очевидно, в мире ином. Здесь лишь молчание. Утро. Толпа. Свет фонаря. Пролетающий снег. Надпись «Кафе». И часы.
