На это жена отвѣчала ему, что нужно предоставить все волѣ Божіей. Они не интриговали. Люси уже разъ отказала любимому ею всѣмъ сердцемъ человѣку, потому только, что не хотѣла подать поводъ подозрѣвать себя въ ловлѣ выгоднаго жениха. Но если любовь лорда Лофтона была такъ сильна, что онъ пріѣхалъ сюда нарочно для того чтобы, по собственнымъ словамъ его, еще разъ попытать свое счастіе, мужъ ея и она, несмотря на всю свою преданность леди Лофтон, по совѣсти не имѣли права становиться между Люси и любящимъ ее человѣкомъ. Марк все еще не могъ совершенно согласиться съ нею; онъ старался представить ей, какъ непріятно будетъ ихъ положеніе, если они теперь станутъ поощрять виды лорда Лофтона, и если онъ послѣ этихъ поощреній, которыя разссорятъ ихъ съ леди Лофтон, поддается вліянію матери и станетъ желать разрыва. Въ отвѣтъ Фаини объявила, что правда прежде всего, и что справедливость требовала, чтобы все было доведено до свѣдѣнія Люси, и чтобъ она сама обсудила Этот вопросъ.
-- Но я не знаю чего желаетъ лордъ Лофтон, сказала Люси, не отрывая глазъ отъ пола и дрожа всѣмъ тѣломъ.-- Онъ уже разъ говорилъ со мною, и я ему отвѣчала тогда.
-- А был ли отвѣтъ Этот рѣшительный и окончательный? спросилъ Марк. Вопросъ Этот был несколько жестокъ: никто еще не сказалъ Люси, что лордъ Лофтон повторилъ свое предложеніе. Но Фанни твердо рѣшалась не допускать несправедливости, и поэтому она продолжала начатой разказъ:
-- Мы знаемъ, что ты отвѣчала ему, душа моя, но въ дѣлахъ такого рода мущины не всегда довольствуются однимъ отвѣтомъ; лордъ Лофтон объявилъ Марку, что онъ хочетъ еще разъ говорить съ тобой. Онъ нарочно пріѣхалъ для этого сюда.
-- А леди Лофтон... чуть слышно и не подымая головы проговорила Люси.
-- Лордъ Лофтон не говорилъ съ матерью объ этомъ, сказалъ Марк, и Люси тотчасъ же стало ясно по звуку голоса брата, что онъ во всякомъ случаѣ не будетъ доволенъ, если она благосклонно выслушаетъ предложеніе лорда Лофтона.
-- Сердце твое должно рѣшить Этот вопросъ, милочка моя, нѣжно и ободрительно сказала Фанни.-- Марк и я, мы оба знаемъ, какъ хорошо ты держала себя во всемъ этомъ дѣлѣ: я ему все разказала.-- Люси вздрогнула и крѣпче прижалась къ сестрѣ.-- Я не могла ему не разказать, душа моя; мнѣ не оставалось выбора. Не правда ли? Но лордъ Лофтон ничего не знаетъ. Марк не допустилъ его до тебя сегодня: онъ боялся, что ты будешь слишкомъ смущена, и не успѣешь всего хорошенько обдумать. Но ты увидишь его завтра, не правда ли? И тогда ты будешь отвѣчать ему.
Люси молчала, сердце ея было преисполнено благодарностію невѣсткѣ за ея нѣжное участіе, за это истинно сестринское желаніе покровительствовать любви сестры, но въ то же время она повторяла себѣ, что ни за что на свѣтѣ не допуститъ, чтобы лордъ Лофтон явился къ нимъ въ домъ съ надеждой на ея согласіе. Любовь ея была сильна, но была сильна и гордость ея; она не могла допустить, что леди Лофтон станетъ глядѣть на нее съ высоты своего величія. "Мать его будетъ презирать меня, это возбудитъ и въ немъ презрѣніе ко мнѣ," говорила она себѣ, и она опять рѣшилась преодолѣть свою любовь, свои надежды, и остаться при своемъ первомъ рѣшеніи.
-- Не лучше ли намъ теперь оставить тебя, душа моя, и переговорить объ этомъ завтра утромъ до его прихода? сказала Фанни.
-- Это будетъ всего лучше, сказалъ Марк.-- Взвѣсь все это хорошенько. Подумай объ этомъ послѣ вечерней молитвы, а теперь, Люси, поди сюда. И онъ обнялъ сестру и поцѣловалъ ее съ необыкновенною въ немъ въ отношеніи къ ней нѣжностію.-- Я вотъ что долженъ сказать тебѣ: я вполнѣ полагаюсь на твою разсудительность и твое сердце, и какое бы ни было трое рѣшеніе, я буду горой стоять за тебя. Фанни и я, мы оба убѣждены, что ты поступила какъ нельзя лучше, и что теперь также поступишь какъ слѣдуетъ. Что бы ты ни рѣшила, мы съ тобою будемъ за одно.
-- Милый, добрый Марк!
-- А теперь мы не станемъ больше говорить объ этомъ до завтрашняго утра, оказала Фанни.
Но Люси чувствовала, что замолчать объ этомъ предметѣ до слѣдующаго утра могло означать только то, что она въ душѣ рѣшилась принять предложеніе лорда Дофтона. Тайна ея сердца была извѣстна мистриссъ Робартс, а теперь также и брату ея, и если она при этихъ обстоятельствахъ допуститъ, чтобы лордъ Лофтон явился къ ней уговаривать ее, то она не будетъ въ силахъ противостоять ему. Если она рѣшилась не уступать ему, то ей слѣдовало теперь же доказать это и принять надлежащія мѣры.
-- Не уходи еще, Фанни, сказала она.
-- А что, душа моя?
-- Мнѣ нужно сказать еще несколько словъ Марку. Онъ не долженъ допускать, чтобы лордъ Лофтон был у насъ завтра.
-- Онъ не долженъ допускать этого? воскликнула мистриссъ Робартс.
Мистеръ Робартс ничего не отвѣчалъ, но чувствовалъ, что уваженіе его къ сестрѣ растетъ съ каждою минутой.
