Страшная настала для него минута, и страшно она подѣйствовала на него. Всѣ малѣйшія событія этого тяжкаго утра на вѣки врѣзались въ его память. Онъ до сихъ поръ такъ гордился своимъ положеніемъ, такъ умѣлъ выдвинуться впередъ, и держалъ себя какъ-то выше всех сосѣднихъ священниковъ. Эта-то черта его характера и привлекла его къ знатному великосвѣтскому кругу; поэтому-то онъ и гостилъ у герцога Омніума, и черезъ это-то получилъ пребенду въ Барчестерѣ. Но какъ же ему теперь взглянуть въ лицо своимъ собратьямъ? Что скажетъ деканъ, что скажетъ семейство Грантли? Какъ будетъ издѣваться надъ нимъ епископъ, какъ мистриссъ Проуди и ея дочери станутъ разсуждать о немъ со всякимъ встрѣчнымъ? Какъ на него взглянетъ Кролей,-- Кролей, которому уже удалось однажды смутить и устыдить его? И тутъ всталъ передъ, нимъ строгій образъ Кролея. Кролей, съ своими полунагими дѣтьми, съ изнуренною женой, самъ изнуренный трудомъ и нуждой, ни разу не подвергался судебному взысканію. А его собственный куратъ, Эвансъ, которому онъ такъ величаво покровительствовалъ, съ которымъ онъ обращался какъ съ подчиненнымъ,-- какъ Марк вынесетъ взглядъ его, сговариваясь съ нимъ о священныхъ обязанностяхъ на будущее воскресенье?
Жена все еще стояла подлѣ него и смотрѣла ему въ лицо. Глядя на нее, онъ чувствовалъ невыразимую ненависть къ Соверби, виновнику его несчастія. Не онъ ли, своимъ безсовѣстнымъ обманомъ, довелъ его съ женою до такого ужаснаго положенія!
-- Если существуетъ на землѣ правосудіе, онъ рано или поздно поплатится за это, вырвалось у него наконецъ совершенно невольно.
-- Не желай ему зла, Марк; будь увѣренъ, что и у него свое горе.
-- Свое горе! Нѣтъ, такого рода горе ему ровно ничего не значитъ. Онъ такъ привыкъ къ позору и безчестію, что для него все это однѣ шутки. Если есть въ небѣ кара за обманъ...
-- О, Марк, не проклинай его!
-- Какъ мнѣ не проклинать его, когда я вижу до какого положенія онъ довелъ тебя?
-- "Я воздамъ", сказалъ Господь, проговорила молодая жена, не голосомъ строгаго увѣщанія, а ласковымъ, нѣжнымъ шепотомъ.-- Предоставь возмездіе Богу, Марк, а мы будемъ только молиться, чтобъ Онъ смягчилъ сердце,-- и у того, кто навлекъ на насъ всѣ эти страданія, и у насъ самихъ.
Марку не пришлось отвѣчать на это, потому что бесѣда ихъ опять была прервана появленіемъ слуги. На Этот разъ пришла сама кухарка съ порученіемъ отъ белифовъ. И нужно замѣтить, что не было ни малѣйшей необходимости, чтобъ она, кухарка, приняла на себя эту обязанность; ей бы лучше было предоставить ее лакею или горничной. Но когда въ домѣ суматоха, то суматоха овладѣваетъ и прислугой. Въ обыкновенную пору, ничто не заставитъ буфетчика пойдти на конюшню, или горничную взяться за сковороду. Но теперь, среди смятенія, произведеннаго прибытіемъ шерифскихъ агентовъ,-- каждый был готовъ заняться всѣмъ на свѣтѣ, только не собственнымъ своимъ дѣломъ. Садовникъ смотрѣлъ за дѣтьми, а нянюшка убирала комнаты, въ ожиданіи белифовъ; конюхъ отправился на кухню готовить имъ полдникъ, а кухарка бѣгала за ними съ чернильницей въ рукахъ, готовая исполнять малѣйшія ихъ приказанія. Вообще говоря, приходъ белифовъ казался прислугѣ чѣмъ-то въ родѣ праздника.
-- Съ вашего позволенія, мамъ, сказала кухарка Джемима,-- они спрашиваютъ, съ какой комнаты вы прикажете начать опись, потому, мамъ, что имъ не хочется васъ или мистера Робартса обезпокоить. Они очень вѣжливы и учтивы, мамъ, право, очень учтивы.
-- Пусть они идутъ въ гостиную, сказала мистриссъ Робартс, тихимъ, печальнымъ голосомъ.
Всякая аккуратная, порядливая женщина гордится своею гостиной, и мистриссъ Робартс принадлежала къ этому числу. Гостиная эта была убрана тотчасъ послѣ ея свадьбы, когда денегъ было еще вдоволь, а все въ ней было изящно, и мило, и дорого ея сердцу. О любезная читательница! если у васъ есть комнаты, въ которыхъ все изящно, и мило, и дорого вашему сердцу, подумайте, каково было бы вамъ увидѣть въ нихъ служителей исполнительной власти, составляющихъ опись всѣмъ вещамъ для публичнаго аукціона! Что еслибы вамъ довелось испытать это без малѣйшей вины или неосторожности съ вашей стороны! Тутъ были вещи, подаренныя Фанни самою леди Лофтон, или леди Мередитъ, или другими друзьями. Ей пришло на умъ, что можетъ-быть есть средство спасти ихъ отъ поруганія; но она не хотѣла сказать ни слова, боясь еще больше огорчить Марка.
-- А потомъ въ столовую, проговорила Джемима, почти съ торжествомъ.
-- Да, если хотятъ.
-- А потомъ въ Этот кабинетъ, или можетъ-быть въ спальню, если вы и мистеръ Робартс будете еще здѣсь?
-- Куда они хотятъ, Джемима, все равно, сказала мистриссъ Робартс; но послѣ этого она долго не могла видѣть хладнокровно кухарку Джеимму.
Кухарка едва успѣла выйдти, какъ по- дорожкѣ сада подъ окномъ раздались быстрые шаги, и тотчасъ же потомъ стукнула дверь въ переднюю.
-- Дома ли мистеръ Робартс? спросилъ знакомый голосъ лорда Лофтона, и полминуты спустя онъ уже был въ кабинетѣ.
