Отпустив ставший ненужным труп, я побежал на явно запаниковавшего арбалетчика. Сходу насадив его на алебарду и в который раз подивившись несоответствию массы и внешности, не стал останавливаться и вонзил вышедший из спины клинок еще и в следующего. Того не убил, но это и не понадобилось: освобождая оружие сбросил обоих с тротуара в жижу. С другой стороны угроз не вижу, можно двигаться дальше. В пяти шагах передо мной оказался маг со злым лицом.
– И-и-и-и! – закричал он и вытянул в моем направлении руки.
Я приостановился и приготовился уворачиваться, но в меня ничего не полетело. Голове вдруг стало очень горячо, и я понял, что именно сделал маг – нагрел мой шлем. Возможно, он успел бы раскалить металл до полной нетерпимости, если бы я стоял и ждал, чего, естественно, делать не стал. Два широких шага, хороший размах, и злюка в робе развалился на две половинки. Лезвие алебарды по инерции ударилось в тротуар, неудачно воткнувшись в щель между камнями, и я чуть не налетел животом на шип на конце древка собственного оружия.
С моей стороны осталось только двое, с противоположной – четверо, причем все в робах. Видимо, самые серьезные бойцы, имевшие кожаные доспехи и какое-никакое оружие, были впереди, затем поставили стрелков в обычной одежде, а после них уже остались маги и клирики.
О, там уже не четверо, а трое. Тип в робе с лицом очередной кинозвезды словил стрелу в живот и сложился у стеночки, завыв от боли.
На ходу вывернув алебарду и слегка погнув при этом лезвие, шагнул к следующему противнику, намылившемуся удрать. Догнал его в три шага и подрубил ногу. Хотел заняться последним, тоже проявившим склонность к побегу, но его настиг сгусток пламени от Мырлина, и беглец с воплем рухнул в канал.
Со стороны котов враги тоже закончились. Потерь, за исключением болта в бицепсе Жирополка, у нас не имелось. Я торопливо стащил горячий шлем и обратил внимание, что в дурнопахнущей жиже происходила какая-то нехорошая активность, выражающаяся в бульканье и бурлении. Учитывая, что никто из сброшенных туда не вылез обратно, становится ясно, что кракен был не единственным обитателем стоков и, наверное, распугивал своим присутствием всех остальных, поскольку Растеслав искупался в дерьмище без каких-либо последствий для здоровья.
– Это все, что ли? – не веря своим глазам спросил Кусимир.
В Приветке послышались аплодисменты и поздравления. Оказывается, Мырлин стримил для погибшей в схватке с кракеном части нашего отряда. Ребята здесь тоже бурно выражали радость. Лена подошла ко мне и крепко обняла. Почувствовал, как ее всю колотит от перевозбуждения. Не сексуального, конечно. Впрочем, я тоже был далек от олимпийского спокойствия: если бы не откровенно слабая подготовка противника, нас бы тут всех положили. Наступив на спину единственному выжившему врагу, прерывая его попытку уползти, я прикрикнул на впавших в эйфорию товарищей:
– Чего встали?! Собираем оружие и доспехи, тащим к остальным трофеям. Дагомея и Жирополк – охрана и наблюдение.
Мне же предстояло заняться допросом.
– Вектор, можно я попробую Серегу полечить? – спросил Мырлин.
Хоть буду знать, как Жирополка зовут и кто он такой. В «Росиче» я познакомился и запомнил всех, но игровые ники и реальных личностей пока не сопоставляю.
– Давай.
Только наклонился к пленному, как отвлек Захар.
– А нам что делать? Может, вернуться? Треть пути только прошли и чет перегрузились, если честно.
– Виктор, давайте мы навстречу выдвинемся? – предложил Цицерон. Чего это он на «вы»?
– Вы ж в трусах, – удивился я. – Ладно, что босиком по дерьму, а если крысы сожрут?
– Не сожрут, – уверенно заявил Фистандантилус. – Я апнулся, если тут применимо такое выражение.
– Тогда делаем так: Захар ждет на месте, группа снаружи бегом выдвигается к нему. Делите груз и выносите на склад, затем все возвращаются сюда за оставшимися и новыми трофеями.
– Не на склад, – поправил Федорыч. – Мы к спуску в канализацию телегу пригнали и стражников попросили охранять ее. У клана уже репутации хватает на такое.
– Непись – это непись, – возразил Захар. – Валер, останься снаружи на охране. Все равно грузчик из тебя так себе.
Цицерон, видимо, и не горел желанием возвращаться в вонючую клоаку, поэтому легко согласился.
Я приставил алебарду к стене и наклонился к пленнику, по-прежнему удерживая его на тротуаре лицом вниз. Он, кстати, ранен. Как бы кровью не истек.
– Мырлин, – попросил я. – Прижги ему рану. Помрет еще прежде времени.
Маг замычал, затопал, и луч огня ударил в ногу страдальца. Тот завизжал и попробовал вырваться, но я держал крепко. Вонь паленого мяса ненадолго перекрыла вонь от дерьма.
– Поговорим? – ласково предложил я пленнику, подняв его голову за волосы.
– Ы-ы-ы-ы-ы! – рыдал он.
Какой-то неадекватный, надо привести в чувство. Я дал ему несколько сильных пощечин и, сменив тон, резко и зло спросил:
– Кто такие? Клан, гильдия. Отвечать!
Но вдруг пленник обмяк. Я сперва не понял, что случилось, поскольку убрал все оповещения, но, прочитав логи, увидел:
