— А чьи стихи они читали?
Матушка Наталья укоризненно взглянула на Марину.
— Фёдор читал Пушкина.
— Опять Пушкин!
— Почему «опять»?
— Потому что я Пушкина, оказывается, совсем не знаю.
— Неужели не знаешь?
Марина расстроено вздохнула.
— Не знаю, Наталья Владимировна. Я ничего не знаю!
Матушка засмеялась.
— Эту фразу сказал один древний философ. Так что ты не огорчайся, на первую ступень познания ты уже поднялась.
Но Марина даже не улыбнулась в ответ.
— Но ведь второе стихотворение противоречит первому. Это тоже Пушкин?
— Нет, конечно. Это митрополит Филарет написал ответ на его стихи. Современник Пушкина, писатель и поэт, удивительный человек. Ты ведь поняла, почему я выбрала этот поэтический диалог?
— Кажется, поняла. Вы мне расскажете когда-нибудь про этого митрополита?
— Ты в Интернете про него почитай. А ещё лучше, поговори с отцом Михаилом. Он диссертацию о нём защищал, много интересного тебе расскажет. Всё, всё, Марина, мне надо домой бежать. –
— Наталья Владимировна, вы извините… — Смущённо попросила Марина. — Я на минуту Вас задержу. Я кое о чём спросить хотела…
— У тебя какие-то проблемы?
— Нет, у меня всё нормально. Вы не знаете случайно, в той квартире, в той комнате, на которую у меня смотровая была, никто не живёт?
— Месяца полтора назад я Валентину встретила, слава Богу, трезвую. Она мне сказала, что к ним всё-таки поселили какого-то парня из детдома. Он там прописался, за жильё платит исправно, но живёт где-то в другом месте. Ты знаешь, кто это?
— Да, Николай Найденов.
— Из вашего выпуска? Николай? Что-то не припомню.
— Мы дружили. Я его ищу. Несколько раз ему звонила, сначала мне сообщали, что абонент не доступен, а потом вообще оказалось, что его номер не обслуживается. Вообще-то он у знакомых сторожем работал на даче, наверно, там и живёт.
Раздался звонок в дверь — это пришёл отец Михаил с дароносицей. Он, как и прежде, приходил по просьбе Елены Ивановны, но в то время, когда Марина была дома и могла ему открыть. Уходить было проще — легко защёлкивался один из многочисленных замков, и, подёргав для проверки ручку двери, можно было спокойно покинуть дом. Получив благословение, Марина куда-то убежала, а священник приступил к выполнению своего пастырского долга. После они ещё немного поговорили. Елена Ивановна вести долгие беседы была уже не в состоянии, да и отец Михаил торопился по своим приходским делам. Но она неожиданно остановила его в дверях.
— Как там дела с новым домом? Когда его будут сдавать? Я у Марины спрашиваю, она в ответ только плечами пожмет или буркнет что-нибудь нечленораздельное. Ничего добиться не могу.
Отец Михаил внимательно посмотрел на неё.
— Она Вам ничего не сказала?
— А что она должна была мне сказать?
Он ответил не сразу. Подумал и произнёс.
— Она отказалась от квартиры. Давно.
— Отказалась?! Почему?
— Она решила остаться с Вами…
Когда за духовником захлопнулась тяжёлая дверь, Старуха ещё долго лежала не подвижно, глядя тусклыми глазами в потолок. Потом, словно встрепенулась, и села в постели.
Дежурный завтрак, оставленный Мариной, стоял на журнальном столике. Она налила себе из термоса чаю, расплескав его на пододеяльник, и мысленно отругала себя за неуклюжесть. Потом с аппетитом съела два сытных бутерброда, и, отодвинув чашку подальше, взяла в руки мобильный телефон, который всегда лежал возле её подушки.
Прошло несколько дней и, когда Марина вечером собиралась на дежурство, вдруг раздался звонок в дверь. Она вопросительно посмотрела на Елену Ивановну.
— Открой, — кивнула та. — Это ко мне.
Марина открыла дверь. Женщина средних лет, держа в руках небольшой тонкий портфель, прошла в комнату к Старухе.
— Здравствуйте, Елена Ивановна.
— Здравствуйте. Наконец-то я Вас дождалась! — Непривычно приветливо прозвучал голос хозяйки. — Садитесь, пожалуйста, где Вам удобно.
Марина, конечно, очень удивилась, но надо было спешить на работу.
— Я ухожу! — Возвестила она в дверях.
— До свидания! Всего хорошего, девочка.
Она даже поперхнулась. Никогда Старуха не разговаривала с ней так ласково. Отнеся этот порыв к присутствию гостьи, Марина фыркнула, пожала плечами и побежала на дежурство.
Недели через две, когда после работы Марина вернулась домой, Старуха показалась ей на удивление бодрой. У неё был какой-то торжественно-загадочный вид. Она велела накрыть завтрак на журнальном столике. Они поели, перебрасываясь какими-то незначительными фразами. Марина, конечно, ломала голову, что такое случилось с её подопечной, но ни о чём не спрашивала. Когда стол был водворён на своё обычное место, Старуха торжественно произнесла.
— Сядь, Марина…
Марина послушно села, вопросительно глядя на неё.
Старуха неловко повернулась на бок и попыталась вытащить маленький ящик прикроватной тумбочки.
— Помоги-ка мне… Вытащи его совсем и положи сюда.
Она похлопала сухой ладонью по своему животу.
Марина с трудом вытащила ящик из тумбочки. Он был набит какими-то бумагами.
— Вот, девочка… Я поздравляю тебя. — Сказала Елена Ивановна. — Теперь у тебя есть своя собственная двухкомнатная квартира.
