Между тем необходимо выявить первоисточник информации о пресловутой «мукденской пощечине». Как уже было отмечено, большинство повествующих о ней авторов ссылаются на Макса Гофмана в качестве очевидца. Но на деле если кто-то из иностранных военных атташе и мог быть свидетелем гипотетической перепалки между Самсоновым и Ренненкампфом, то либо австро-венгерский агент капитан Шептицкий (прикомандирован к Забайкальской казачьей дивизии), либо француз Шемион (прикомандирован к Сибирской казачьей дивизии, чин неизвестен)[44]. Гофман в годы Русско-японской войны состоял военным агентом при штабе японской армии и оказаться очевидцем чего бы то ни было на Мукденском вокзале после сражения попросту не мог.
Последние сомнения в этом развеивают его воспоминания:
Могла ли подобная ситуация иметь место? Категорически отвергать этого не следует. Ссора генералов грозила вспыхнуть, например, после боя на реке Шахэ. В нем отряд Самсонова и дивизия Ренненкампфа сражались на одном участке фронта в составе Восточного отряда генерал-лейтенанта Г. К. Штакельберга[48]. Действия этих частей подчас оказывались несогласованными и отнюдь не только по вине Ренненкампфа. Он прикрывал левый фланг конницы Самсонова, вышедшей к Сяньшанцзы 9 (22) октября 1904 года, а утром того же дня попытался продвинуться далее до деревни Бенсиху при поддержке отряда генерал-майора Г. П. Любавина. Однако из-за неуверенных действий последнего от своего замысла отказался и Ренненкампф.
11 (24) октября последний еще раз попытался наступать на укрепленные позиции японцев и вновь был вынужден отойти — на сей раз по причине бездействия не кого иного, как Самсонова. На исходе дня тот и вовсе отступил, лишив Ренненкампфа возможности организовать еще одну, уже ночную атаку. И именно тогда начальник Забайкальской казачьей дивизии в свою очередь отказался поддержать Самсонова, запланировавшего атаку, но так и не решившегося на нее. Но и это было следствием не самодурства Ренненкампфа, а приказа Штакельберга приостановить наступление всего Восточного отряда.