Джабраил: Слушай, как тебе не стыдно? Обижаешь сиротку, у нее же, кроме дяди и тети, никого нету… Двадцать пять!

Саахов: Это ж неправда. Это ж неправда! Я высоко ценю твою уважаемую племянницу! Но всему есть предел, даа-а… Восемнадцать!

Джабраил: Послушай, ты же все-таки не козу получаешь, а жену. И какую! Студентка, комсомолка, спортсменка и наконец просто красавица! И за всё это я прошу 25 баранов! Даже смешно об этом торговаться!

Саахов: А-а-аполитично рассуждаешь, да… Аполитично рассуждаешь! Не понимаешь политическую ситуацию! Ты же видишь жизнь только из окна моего персонального автомобиля… Клянусь, честное слово! 25 баранов в то время, когда район еще не полностью рассчитался по шерсти!

Джабраил: А ты не путай свою личную шерсть с государственной!

Саахов: А я, между прочим, товарищ Джабраил, поставлен сюда, чтобы блюсти государственные интересы. Садитесь… пока.

Саахов: В общем так… 20 баранов, Холодильник «Розенлев»…

Джабраил: Финский?

Саахов: Финский… Хороший… И почетная грамота.

Джабраил: И бесплатная путевка?..

Саахов: …В Сибирь…

Джабраил: Ну, хорошо! (Бьют по рукам.) Значит, так: жених согласен, родственники тоже, а вот невеста…

Саахов: Ах, плохо… плохо мы воспитываем молодежь, нет серьезного отношения к браку.

Джабраил: А кто вообще спрашивает невесту? Мешок на голову и… фьюить!

«Кавказская пленница»

Эта сцена торга (а ее назубок выучил, просто разобрал на фразы советский зритель) получилась благодаря высшему актерскому пилотажу партнеров – «свободному полету» в стихии импровизации, умению интуитивно угадывать каждый последующий ход и создавать эмоциональное поле для ответной реакции… Вот он, дар актерского мастерства!

Фрунзик Мкртчян и Владимир Этуш, герои которых так отчаянно соревнуются в плутовстве, составили на редкость слаженную актерскую пару. Они играют на одной волне и на одном уровне актерского мастерства и при этом умудряются не скатываться на комикование, на подыгрывание зрителю, несмотря на уморительно смешной текст. А зал в это время взрывается гомерическим хохотом.

Фрунзик с легкостью воссоздал в этой своей главной сцене неповторимую атмосферу восточного рынка. С таким самозабвенным взрывным темпераментом, с такими ехидными подколками и подначками и с изысканным лукавством торгуются на рынке жители славного города Гюмри. Это искусство в крови у каждого гюмрийца. Купить не поспорив, не схватившись в острословии? Да такого там просто не может быть! Бьют по рукам только после отчаянного темпераментного спора – великолепно по-актерски сыгранной сцены.

Перейти на страницу:

Все книги серии Имена (Деком)

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже