Критики долго не могли определить: «Танго…» – это мелодрама или комедия? И как к ней, собственно, относиться? Ведь, казалось бы, перед нами на экране смешная история одного супружеского скандала, по-южному суетная и шумная. Что же кроется за ней? Что в этой истории израненного и неудачливого человека, вернувшегося с войны и решившегося вдруг, на диво собственной жене и соседям, нарушить свою прежнюю жизнь и уйти к другой женщине?
«Танго нашего детства». Рубен – Ф. Мкртчян, режиссер – А. Мкртчян, Сирануш – Г. Новенц
Думается, такого Рубена, каков Фрунзик Мкртчян в «Танго нашего детства», никто, кроме него, сыграть не смог бы. И прежде всего потому, что для всей этой простой и печальной, хотя по-южному суматошной житейской истории фоном могли служить только улицы Ленинакана. «Так и другого актера можно снять на этом фоне!» – могут сказать. Но уроженец Ленинакана, который мальчишкой бегал по его булыжникам, – совсем другое дело. Как его Рубен, который ушел отсюда на войну, оставив жену и двоих детей. И сюда же вернулся – но уже порядком побитым и покалеченным. А выхаживала его женщина, которая – и надо же такому случиться! – тоже оказалась из Ленинакана, и с той же улицы, и подруга его жены. И не в том дело, что жена постарела, а дети повзрослели, а в том, что мечется теперь (в буквальном смысле слова!) Рубен между – нет, не долгом и любовью, – а долгом одним и долгом другим. Долгом семье – да можно ли это назвать долгом? И долгом выходившей его женщине, но ведь и это долгом не назовешь. На глазах всей улицы (в театре это был бы древнегреческий хор) он уходит из дома и берет с собой… старый комод. Вот этот-то комод, настоящую рухлядь, как бремя, как символ двух своих долгов, он будет таскать из дома в дом – опять-таки на глазах всей улицы. Гордая Сирануш не может смириться с этим и делает попытки образумить Рубена. Нелепые и беспомощные выходки детей и жены доводят его до такого состояния, что он, окончательно запутавшись в своих чувствах, совершает необдуманный поступок – бросает пресловутый комод под колеса поезда и попадает в тюрьму…
Комод – одно из главный действующих «лиц» фильма
И кажется, что всё это очень смешно. И очень грустно, потому что – как же так: война кончилась, дети выросли, все, казалось бы, должны быть счастливы, а вместо счастья – одна суматоха?
И все-таки есть, есть в этом фильме, в этой суматохе, в суете еще одно, почти неуловимое, но очень важное для всех, кто создавал картину, ощущение праздника – первых месяцев после войны, начала новой жизни, пусть в лишениях и заботах о куске хлеба, в стареньких платьишках, в перенаселенных комнатушках, и все-таки праздника.
Атмосферой праздника окрашено в «Танго…» всё – и ссоры, и примирения, и встречи, и расставания. Не случайно режиссер выносит действие, как на авансцену, на улицы города и заставляет принимать в нем участие всех его жителей, горячо обсуждающих то, что происходит в семье Рубена. Этот аристофановский фон и придает, наверное, всей истории столь неожиданный, не камерно-интимный, но площадной, балаганный – словом, характер народного зрелища. Все эти семейные перипетии, отразившись в зеркале всеобщего городского внимания, возвращаются к зрителю совсем в другом качестве, словно обогащенными, исполненными жизненной, реальной плотности.
Не правда ли, то, что увидел режиссер много лет назад, сегодня стало актуально как никогда? И не думаю, чтобы просто «плакатный фильм» мог вдруг обрести второе дыхание.
Галя Новенц (Сирануш) на Венецианском фестивале 1985 года получила приз за лучшую женскую роль
С дистанции лет многое видится отчетливее и ярче, когда читаешь в итальянской прессе об успехе братьев Мкртчян и блистательной армянской актрисы Гали Новенц, исполнившей в фильме роль Сирануш. (На Международном кинофестивале в Венеции 1985 года она получила приз за лучшую женскую роль.)
«Танго нашего детства»
«“Танго нашего детства” – «народная полнокровная комедия, замешанная на звонком южном юморе, – писала итальянская пресса. – Армения нам, итальянцам, кажется очень неаполитанской». И о триумфе, с которым показывался этот такой предельно национальный, предельно камерный, простой фильм в далекой Америке, где, как известно, не признают никаких вообще фильмов, кроме своих, когда всё это читаешь и слышишь, задумываешься о многом. Почему? Почему именно этот фильм? Понятно, что армянская аудитория, рассеянная по всему миру, любовно принимает картины своих соотечественников, а Галю Новенц и Фрунзика Мкртчяна считает национальными героями. Но ведь речь идет не только о ней, о диаспоре. «Танго нашего детства» смотрят люди самых разных стран, разных национальностей, разных пристрастий и традиций. Значит, нужно – и даже необходимо – и такое искусство. Простое и ясное, как глоток родниковой воды.
Во время съемок фильма «Танго нашего детства». А. Мкртчян, Ф. Мкртчян, оператор Р. Ватинян и актер А. Оганисян
