Дорога передал ее слова Широкоплечему, который слушал, уперев тупой конец копья в землю и хмуро посматривая на Исану. Он целую минуту молча разглядывал ее.
Что-то толкнуло Исану обрушить стену, которой она обычно огораживала свой внутренний мир. Она повернулась к Широкоплечему, сознавая: слова ничего не значат. Важно, какие намерения стоят за словами.
– Я знаю, было пролито много крови. Но сейчас мы столкнулись с угрозой, смертельной для обоих наших народов. Мы хотим заключить мир, чтоб высвободить больше людей для отпора тому врагу. Но, кроме того, есть надежда добиться долговечного мира между нами – какой у нас теперь с маратами.
Широкоплечий промолчал еще минуту, пока Дорога переводил сказанное. Когда тот закончил, ледовик искоса взглянул на него. Они перекинулись несколькими словами, и Дорога сдержанно кивнул.
Широкоплечий хмыкнул. Новый наплыв сложных переживаний – густых, плотных, невнятных, – и вот ледовики все как один развернулись и двинулись прочь по снегу. Они скрылись в ближайшей роще.
Исана медленно выдохнула и заметила, что руки у нее дрожат – не от холода.
– Ну вот, – подала голос Ария. – Отказались.
– Не уверена, – ответила Исана. – Дорога?
Дорога пожал плечами:
– Широкоплечий тебе поверил. Но его слово – не слово всех Гадрим-Ха. Он младший по положению, наименее влиятельный. Он ушел посоветоваться с другими военными вождями.
– Трудно было послать представителя старше чином? – возмутилась Ария.
– Они ждали ловушки, – опять пожал плечами Дорога, – и поступили соответственно.
– Сколько? – спросила Исана. – Сколько ждать ответа?
– Сколько надо, столько и ждать, – невозмутимо ответил Дорога. – С Гадрим-Ха важно иметь терпение.
– Время не терпит, – тихо сказала Исана.
Дорога крякнул:
– Тогда Секстусу лучше было не тянуть до сегодняшнего дня. – Он кивнул алеранцам и, вернувшись к своему гарганту Ходоку, быстро подтянулся по седельной веревке. Приветственно подняв палицу, он сказал: – Я дам знать вашим легионерам, когда они вернутся.
– Спасибо, – сказала Исана.
Марат, кивнув им, тихо заговорил с Ходоком. Гаргант повернулся и неторопливо зашагал по сугробам вслед за ледовиками.
Исана, проводив их взглядом, тяжело вздохнула.
– Идем, – обратилась она к своим. Ария все не сводила глаз с деревьев, за которыми скрылись чужаки.
– Куда идем? – спросила она.
– Возвращаемся на Стену, – ответила Исана. – Мне нужны ответы на кое-какие вопросы.
Амара склонилась к самому уху мужа и шепнула:
– Надо поговорить.
Бернард кивнул и приложил ладонь к земле. Амара уловила подошвами слабую дрожь – он приказал своей фурии земли, Брутусу, создать для них тайник. Почти тотчас земля просто потекла у них из-под ног, опуская обоих вниз.
Когда над ней стали вырастать земляные стены, Амара вздрогнула. Ночное небо, сеявшее ледяную морось, удалялось, словно ее заживо опускали в могилу. Затем небо вовсе исчезло, земля крышей сомкнулась над созданной Бернардом пещеркой, оставив их в непроглядной подземной тьме.
– Здесь можно говорить. – Голос Бернарда был немногим громче шепота, но после долгих дней молчания показался Амаре криком.
Она пересказала ему все, что увидела под конец сражения.
Бернард тяжело вздохнул:
– Госпожа Аквитейн… Захвачена?
Амара покачала головой и только потом спохватилась, что в темноте ему не видно жестов.
– Не думаю. Те захваченные, которых мы видели, были просто ходячими трупами. Лица ничего не выражали. Они не… – Амара вздохнула, не находя слов. – Они будто лишились чего-то.
– Отлично понимаю, что ты хочешь сказать, – проворчал Бернард.
– А госпожа Аквитейн… не знаю, как объяснить. Она показалась мне самодовольной. Или взволнованной. Или испуганной. Что-то в ней крылось. И выглядела она вполне здоровой. Как и бывшие с ней граждане.
– Проклятые во́роны! – буркнул Бернард. – Могла она перекинуться на сторону ворда, против Алеры?
– Не знаю, – сказала Амара. – Раньше мне бы в голову не пришло, что такое возможно.
– Нет, – согласился Бернард. – Наверняка ею управляют, только каким-то другим способом. Ты видела, как ворд берет пленных, – возможно, он намерен связать их такими же узами.
– И я о том же думала, – сказала Амара. – И что нам с этим делать?
– Доложить Первому консулу, – ответил Бернард.
– Легионы уже бегут, – возразила Амара. – Нам трудно будет их догнать – не говоря о том, что задание выполнено не полностью.
– Мы, как он и велел, наблюдали за действиями их колдунов в сражении.
– Увидеть – еще не значит понять. – Она нашарила и сжала его руку. – Сейчас я смогу сообщить Первому консулу только самые поверхностные детали. Пока мы не разберемся, от них не будет никакого проку. Незачем возвращаться, пока не поймем, что происходит. – (Из груди Бернарда вырвалось жалобное ворчанье.) – Не согласен?
– Устал я спать на голой земле. Старею, должно быть. Что ты надумала?
Она крепко сжала его руку:
– Мы примерно представляем, в какую сторону увели пленных. Думаю, надо узнать, что с ними делают.
Бернард, помолчав, отозвался:
– Что бы ни делали, ясно, что делают под надежной охраной.
– Понимаю.
