Секунду-другую я колебалась. Работа была нужна мне как воздух, да и настоящее свидание с Диего – такой соблазн. Когда я наконец улыбнулась, он просиял так, словно забил гол.
Нас вспугнул какой-то металлический звук. Мы оба подпрыгнули.
– Что это? – спросил Диего.
Кто-то или что-то скреблось в дверь.
Я глянула на часы. Час ночи. Пора возвращаться в реальность.
– Ой! – Я услышала знакомый скулеж. – Это же Нико.
Я поспешила открыть балконную дверь, и песик протрусил в мою комнату. Зато я вышла на балкон и блаженно подставила лицо холодному южному ветру, от которого в мыслях у меня прояснилось. Я полной грудью вдохнула аромат эвкалипта и печного дыма – где-то топили дровами из квебрахо[6]. Диего тоже вышел на балкон и встал рядом со мной, опершись на перила.
В прошлый раз мы были вдвоем в темноте, когда Диего обнаружил меня под дверью клуба, где я дрожала от холода в куцем платьице Роксаны, да еще и на высоченных каблуках, на которых, о диво, очень ловко передвигалась. Весь вечер мы с Диего переглядывались через танцпол издалека, но никто не делал первого шага. А уже в два часа ночи, когда Роксана сказала, что ее папа ждет нас на улице, я ответила: «Мне нужно попрощаться с Диего». Но потеряла его в толпе танцоров и девушек, раздающих леденцы, – шла первая неделя июля, начало зимы, и была традиционная Неделя сладостей,
– Давай махнемся? – предложил Диего, протягивая мне желтый леденец на палочке. Ведь в Неделю сладостей и полагается меняться конфетами и при этом целоваться.
У меня в руке как раз был розовый леденец – Диего такие любил больше всего. Судьба подарила мне шанс, и упускать его я не собиралась. Через считаные часы Диего должен был улететь – может, я его больше никогда не увижу.
– Леденец отдам, но за поцелуй. Все знают, что розовые вкуснее желтых.
Диего блеснул глазами и игриво прикусил нижнюю губу. Друг к другу мы наклонились одновременно. Губы и язык у Диего были такие сладкие, что я опьянела; в его руках было так тепло, что я таяла. Когда кто-то рядом восхищенно и завистливо присвистнул, мы расцепились, хватая ртами воздух. Меня снова заколотила дрожь, и Диего накинул на меня свою куртку.
– Пойдем обратно, – сказал он мне на ухо, и еще несколько ночных часов мы провели в клубе, никого вокруг не замечая, так, будто ему не надо было улетать.
Прошло больше года, и мы снова рядом. И оба дрожим и смущены так, что слова не идут с языка.
Мне так много хотелось ему рассказать. Про чемпионат и про то, как я веду двойную жизнь и скрываю, что я футболистка. И про то, как я истосковалась по нему. И как обиделась, когда он пропал с радаров. Да и он сам столько еще не рассказал мне! Про Турин, про бразильца Луиса Фелипе, его соседа по квартире. Но час был поздний, и я решила – лучше смолчу, чтобы не ляпнуть лишнего. Опустила взгляд на его руку и увидела на кисти татуировку. Ее слегка прикрывала простенькая алая ленточка – оберег от сглаза. И еще ее прикрывали дорогие часы – ничего общего с подделками, которыми торгуют на площади Сармиенто. Я схватила Диего за кисть и прочитала: «Банда 7 Сентября». Пульс его отчетливо бился под моими пальцами.
– Ты сделал тату в честь нашего района? – Я изо всех сил пыталась сохранить невозмутимый вид. Нельзя терять голову. Не сейчас.
Диего наклонился и поцеловал меня в щеку. Губы его задержались на моей коже. И не успела я принять решение и слегка повернуть голову, подставив ему губы, – крошечный поворот, но огромный шаг, – как он уже отстранился. Потом развернулся и пошел к выходу.
– Спокойной ночи, мамуся, – сказал он. – До завтра.
Разбудил меня утром Нико – скулил и просил выпустить его из комнаты. В квартире этажом ниже гремела музыка – какая-то христианская баллада с мощными ударными. Солнце припекало лицо. На часах была половина двенадцатого. Я вскочила с кровати.
– Господи боже, Нико! Что ж ты мне позволил так заспаться, че[7]?
Я открыла дверь, и песик пулей вылетел за порог. Я быстренько переоделась для пробежки – в длинные треники, потому что небо, может, и ясное, а на улице будет холодно. Покрепче завязала шнурки и пошла в кухню.
Каждая клеточка моего тела горестно жаловалась на то, как я вчера выложилась на игре. Однако я эти вопли организма проигнорировала – никаких слабостей. В спортзал для поддержания физической формы еще можно ходить от случая к случаю, но вот пропускать утреннюю пробежку после игры – никак нельзя.
Однако времени на нее у меня оставалось всего ничего. Диего пообещал, что заедет за мной в час… Если не забыл, не передумал или не слишком занят.