Варг принял его с новым, более глубоким поклоном, в свою очередь признавая верховенство Марока.
– Из левой руки, – сказал старый каним.
Тави, собравшись с духом, закатал левый рукав выше локтя и протянул Варгу руку.
Учитель войны обнажил свой кинжал – алеранский гладий, прежде принадлежавший Тави. Варг прибегал к нему, когда ему требовалось острое лезвие. Он быстрым и уверенным движением сделал поперек локтя Тави длинный, но неглубокий разрез. Тави стиснул зубы, но стерпел боль. Он опустил руку вдоль туловища, а Варг подставил сосуд под стекавшую кровь. Кувшинчик стал понемногу наполняться.
Снова откинулся полог палатки. Наружу шагнул грузный каним в мантии из светлой кожи, оскалил клыки, прижал уши.
– Марок, – прорычал он. – Ты больше не будешь путаться с врагом!
– Нхар, – ответил Марок, – вернись в палатку.
Нхар всем телом подался к нему, процедив:
– Ничего у тебя не выйдет. Ты нам не закроешь глаза на этих тварей. Ты не оставишь без чести жизни павших.
Марок смерил второго ритуалиста взглядом:
– Как их звали, Нхар?
Тот опешил:
– Что?
– Назови имена, – с той же мягкостью пояснил Марок. – Ты, конечно, знаешь имена тех, кого так страстно защищаешь.
Нхар постоял, скрипя зубами.
– Ты! – Он брызнул слюной. – Ты.
– Амарк и Чаг, – сказал мастер Марок. И тут же его рука рванулась вперед, хлестнув Нхара по кончику носа. Тот отпрянул – больше от неожиданности, чем от боли – и повалился на землю. В мешке на его боку булькнула кровь, часть выплеснулась наружу.
– Вернись в палатку, Нхар, – мягко повторил Марок.
Нхар, рыкнув, запустил лапу в кошель с кровью.
Марок двигался быстрее его. Один из ножей выскочил из-за пояса ему в руку и резанул хозяина по левому предплечью.
Нхар что-то выкрикнул, и облако голубовато-серого тумана сгустилось перед ним, быстро уплотняясь. Прежде чем оно обрело форму, Марок брызнул в ритуалиста каплями своей крови. А потом, прикрыв глаза, сделал движение, словно манил его к себе.
Нхара скрутило. Тави решил было, что его рвет, но блевота, не прекращаясь, извергалась из его пасти, и Тави лишь спустя мгновения понял, что происходит.
Внутренности Нхара были только что извлечены из его тела, как будто невидимая рука дотянулась до его горла и вытащила их.
Нхар издал еще несколько жутких звуков, но очень скоро замолчал и замер.
Марок обратил взгляд на палатку.
– Братья, хочет ли еще кто-то оспорить мое решение?
Из палатки высунулась канимская лапа, но только для того, чтобы плотнее захлопнуть полог.
Варг ворчливо хихикнул.
Марок, опустив руку к своему кошелю, извлек моток тонкой материи. Он с привычной легкостью перебинтовал свой порез и, зубами оторвав остаток, протянул его Тави.
Склонив голову, Тави взял бинт. Дождавшись кивка Варга, он принялся обматывать себе руку, хотя у него получалось не так гладко, как у Марока.
Варг закупорил сосуд и с поклоном возвратил его Мароку. Тот принял со словами:
– Это будет продолжаться, когда ты поправишься, Тавар. Я буду вести счет. Я буду точен.
– Знакомство с вами честь для меня, сударь, – ответил Тави.
Они обменялись прощальными поклонами, после чего Тави с Варгом продолжили обход лагеря. Когда Тави споткнулся во второй раз, Варг сказал:
– Ты вернешься в свою палатку.
– Я в порядке.
Варг фыркнул:
– Ты сейчас же вернешься к себе, или я тебя туда отведу. Твоя самка очень ясно дала мне понять, что желает получить тебя назад в полном здравии.
Тави устало улыбнулся:
– До полного, признаться, я немного не дотягиваю. Ритуалисты тебя больше не побеспокоят?
– Побеспокоят, – сказал Варг. – Завтра придумают что-нибудь новенькое. Или на следующей неделе. Или к следующей луне. Но тут ничего не поделаешь.
– Но на сегодня мы от них избавились?
Варг дернул ушами:
– После сегодняшнего Марок месяц не даст им оправиться.
Тави кивнул:
– Я сожалею. О гибели мастеровых. О том, что мне пришлось так поступить.
– И я тоже. – Варг взглянул на Тави. – Я уважаю тебя, Тавар. Но мой народ для меня важнее. Я использовал тебя, чтобы избавить своих от смертельной угрозы – безмозглого Кхрала. Если бы моим угрожал ты, я бы разобрался с тобой.
– Я другого и не ожидал, – согласился Тави. – Увидимся утром.
– Да, – согласно проворчал Варг, – и пусть все наши враги стоят перед нами.
Тави лежал на койке в штабной палатке, слушая, как спорит со всеми разом трибун-медик Фосс из Первого алеранского.
– Да хоть бы он жрал песок, а срал золотом! – рычал Фосс, топорща черную бороду. – Чтобы во́ронами высиженный каним пустил кровь командиру!
– Жизнь командира в опасности? – хладнокровно спросил Красс.
– На данный момент нет, – признал Фосс, – но не ждете ли вы, что я буду молча смотреть, как варвары пускают кровь будущему Первому консулу!
– Как раз этого и ждем, – буркнул Макс. – Сдайте назад, Фосс. Командир знает, что делает.
– Знает он! Мы очертя голову ломимся навстречу врагу, превосходящему нас в тысячу раз, а он перед боем позволяет пустить себе кровь. Не иначе как решил избавить врага от хлопот.
– Пришлось, – устало вмешался Тави. – Успокойтесь, Фосс.
