Войдя, они увидели, что Гай Аттис их ждет. Он сидел в кресле на небольшом возвышении над песчаным столом, изображавшим долину Кальдерон. Ноги его были укутаны теплым одеялом, лицо бледно. Дон Эрен стоял наготове, рядом и чуть позади, а за другим плечом встала Ария Пласида.
В палатке собрались самые высокопоставленные граждане государства – усталые, окровавленные, измученные дорогой люди с гордой осанкой и мрачными лицами. Присутствовали все уцелевшие консулы, многие с женами. Были здесь и командиры легионов, а также члены Сената – эти, решила Амара, только для представительства. Палатка с трудом вмещала собравшихся.
Амара высмотрела госпожу Верадис, стоявшую рядом с отцом, седовласым консулом Цереры.
– Амара! – Та поспешила к ней, взглянула озабоченно. – Что случилось?
– О, повредила руку обо что-то твердое, – ответила Амара.
Верадис взяла ее левую руку, поднесла к глазам, одновременно поднимая брови.
– Перелом!
– Он того стоил. Покажу кому-нибудь, когда закончим.
Верадис поцокала языком, добавив:
– О, вы несносны. Дайте-ка, я…
– Не нужно.
Верадис, приподняв ее левую кисть, бережно и твердо обхватила запястье пальцами и что-то забормотала. Через несколько секунд боль унялась. Амара облегченно вздохнула.
– Вот это он и есть? – обратился к Бернарду Дорога.
– Да.
Дорога, покачивая головой, осмотрел Гая Аттиса и бросил:
– Сейчас вернусь.
Плечистый варвар уверенно приблизился к принцепсу. Дон Эрен и госпожа Пласида одинаково насторожились с его приближением. Ария даже выступила на полшага вперед, заслоняя Аттиса собой.
– Спокойно, женщина, – проворчал Дорога. – Мужской разговор.
– Ваше оружие, сударь, – напряженно проговорила Ария.
Дорога моргнул, не сразу вспомнив о своей палице. Он за рукоять протянул ее госпоже и выпустил, едва убедившись, что она держит. Палица с тяжелым стуком ударилась об пол, госпожа Пласида крякнула. Заметно было, как она призвала фурий, чтобы поднять и отложить в сторону тяжелое оружие.
Дорога, кивнув, шагнул на помост и встал над Аттисом, уперев руки в бока.
– Вы, вероятно, глава клана Дорога? – вежливо осведомился Аттис.
– Да, – ответил тот. – А вы – тот, кто убедил Ацурака повести тысячи моих людей на кровавую смерть.
Аттис взглянул на Дорогу, потом обвел взглядом собравшихся. И в последнюю очередь опустил глаза на свои укутанные одеялом ноги, улыбнувшись не без горечи:
– Это было нетрудно.
Гул голосов прекратился. Все теперь смотрели на Аттиса, и Амара тоже. О, конечно, все здесь знали, что привело ко Второй кальдеронской битве, но одно дело знать, другое – доказать. Консул Аквитании с супругой не оставили улик, позволявших связать их с нашествием маратов. И никто не заговаривал о том вслух – подобное обвинение, не подкрепленное доказательствами, давало Аквитейну неоспоримый повод вызвать обвинителя на судебный поединок.
А сейчас Аттис признал свое участие в заговоре перед самыми могущественными гражданами государства.
Дорога кивнул, очевидно, не подозревая о том, что натворил, и хмыкнул:
– Много людей погибло. Твоих и моих.
– Да, – сказал Аттис.
– Будь у нас время, – сказал Дорога, – мы с тобой могли бы решить это дело.
– Время у меня на исходе, – ответил Аттис.
Дорога кивнул:
– То позади. Дело с вордом важнее. Но мне нужно твое слово не делать подобного в будущем.
Аттис ответил с улыбкой в глазах:
– Да, даю слово.
Дорога кивнул, протянул руку. Аттис поднял свою, и они пожали друг другу предплечья.
– Спасибо за сегодняшнюю помощь, – сказал Аттис. – Вы спасли много наших.
– Так водится между добрыми соседями, – ответил Дорога. – Может, вас, алеранцев, этому не учат.
– Вполне возможно. – Улыбка все же коснулась губ Аттиса. – Должен спросить, найдутся ли среди ваших людей еще желающие нам помогать?
Дорога крякнул:
– Я звал. Увидим, кто отзовется. Но мой клан здесь, со мной. Мы будем стоять за вас.
Принцепс кивнул:
– Я рад вам.
– Еще бы не рад, – кивнул Дорога. – После мы с тобой поговорим, чем уравновесить весы.
– Я рад буду это обсудить, – сказал Аттис.
Дорога хмыкнул, не скрывая удовольствия:
– Так. Хорошо.
– Думаю, можно начинать, – сказал принцепс.
Дорога скрестил руки на груди, кивнул ему и вернулся к Амаре с Бернардом.
– Граждане, сенаторы, командиры, – повысив голос, заговорил Аттис. – Прошу вашего внимания. Мы обсудим оборону Долины. Наш хозяин, дальновидный граф Кальдеронский, опишет вам оборонительные укрепления.
Бернард бросил взгляд на Амару и досадливо указал на свою челюсть.
– А… – отозвалась она. – Правитель, у моего мужа повреждена челюсть, что мешает ему говорить. С вашего позволения я вкратце опишу укрепления.
– Безусловно, – согласился принцепс.
Амара выступила вперед, поднялась на возвышение с песчаным столом. Остальные подошли ближе, чтобы лучше видеть.
