Красс, не отвечая, закинул руку Маркуса себе на плечо, крепко обхватил его за пояс, и оба с порывом ураганного ветра взвились над землей. Лед резко ушел вниз, и Маркус с трудом удержался, чтобы не вцепиться в молодого трибуна. Он терпеть не мог летать, и пуще того – отдаваться на милость чужого дара и благоразумия. Они пронеслись над дюжиной кораблей с высокими мачтами, на которых суетились люди, а далекие силуэты летающего ворда тем временем все приближались.
Перелет оказался недолгим – он больше походил на невероятно дальний прыжок, чем на прежние полеты Маркуса. Они опустились прямо на палубу «Слайва», сбив с палубы пару мотков каната под возмущенный крик капитана Демоса. Красс, хлопнув Маркуса по плечу, снова взлетел, присоединившись к рыцарям-Рыбам, прикрывавшим «Слайв» с воздуха.
Командир стоял на носу, напряженно переговариваясь с мастером Магнусом. Рядом стояла посол в кольчуге – других доспехов Магнус никогда на ней не видел. Поблизости слонялись Максимус и пара рыцарей Железа из Первого алеранского легиона, да и самые умелые в обращении с мечами моряки «Слайва» – некоторые из них сами могли стать рыцарями Железа, как заметил Маркус, – занимались своими делами поближе к командиру.
Пробираясь в носовую часть судна, Маркус перешагнул через пару толстых перекладин, возможно приготовленных для починки рей, и ударил себя кулаком в грудь, отдавая честь:
– Командир.
– Маркус, – отозвался тот и хмуро оглядел его доспехи. – Что стряслось?
Маркус осмотрел себя. На корабле Кхрала он не замечал капель крови на своей броне. Должно быть, это произошло в тоннеле, когда Ша потрошил коварного ритуалиста. За короткий перелет ветер размазал пятна, удачно скрыв их настоящий цвет. Канимская кровь была темнее алеранской, но, размазанная тонким слоем, не слишком отличалась.
– Мелочи жизни, во́роны их побери, сударь, – ответил он.
– Что вы говорите? – усмехнулся командир, щурясь в серое небо, и кивнул на приближающегося врага. – Что вы видите, Первое копье?
Маркус, крякнув, всмотрелся в небо. Глаза у него были уже не те, что прежде, однако он разглядел то, что имел в виду командир.
– Это не ударный отряд, сударь, – ответил он. – Их слишком мало, и слишком они растянулись.
Командир ухмыльнулся, когда ветер стал дуть сильнее.
– Я тоже так подумал.
– Разведчики, – кивнул Маркус.
– Должно быть, облетают Стену из конца в конец, – согласился командир.
Судно рядом со «Слайвом» заскрежетало, сдвинувшись с места. Холодный ветер раздувал его паруса. Строй кораблей пришел в движение, и только «Слайв» еще не поднял паруса.
– Зачем? – спросил Маркус.
– Конечно, ищут нас, – ответил командир. – Готов поспорить, ворду уже известно, что мы выступили от Антиллы на север. Как бы я ни исхитрялся, не надо большого ума, чтобы смекнуть: мы не могли оставить без внимания единственное крупное укрепление к северу от Антиллы.
Маркус закряхтел. Ворд вполне мог позволить себе выделить на воздушную разведку тысячу-другую своих рыцарей, а те искусством полета уступали разве что захваченным заклинателям ветра. «Слайв» обходили всё новые корабли.
– Что будем делать, сударь?
– Удирать, конечно, – преспокойно отозвался тот. – Они летят против ветра, а мы идем с попутным. Им за нами не угнаться. Выдохнутся и оторвутся через несколько часов.
Маркус кивнул:
– Да, сударь. – Он прокашлялся. – Я не моряк, сударь, но, если мы намерены оторваться от ворда, не пора ли поднимать паруса?
За плечом командира по-волчьи ухмыльнулась посол Китаи.
– Хотелось бы обойтись без лишних потерь в общей свалке, – сказал командир. – Будем держаться последними. Надеюсь, высмотрев одинокий, по видимости обездвиженный корабль, рыцари ворда решатся атаковать.
– Хотите помешать им донести о нас царице? – понял Маркус.
Командир развел руками:
– И это, и еще проверить кое-что, что желательно прояснить заранее, до столкновения с главными силами врага. Я прошу вас согласовать с капитаном Демосом наилучший образ действий в поддержку наших рыцарей.
Маркус отсалютовал:
– Слушаюсь, сударь.
– Благодарю, – сказал командир. – Демос, кажется, сейчас на корме.
Маркус прошел вдоль палубы, на ходу проверяя оружие и доспехи – старая солдатская привычка, въевшаяся в плоть и кровь. Одновременно он провожал взглядом изящно скользившие мимо суда. Флот уходил на восток. Поднявшись по нескольким коротким крутым трапам на кормовой мостик, он заметил, что колени дрожат от усталости. Прокладка тоннеля отняла неожиданно много сил. Едва он это заметил, все члены тела разом отозвались, выражая дружное и открытое негодование.
Скрипя зубами, Маркус обменялся кивками с Демосом и его боцманом.
– Первое копье, – протянул капитан. Стройный, как клинок, хозяин «Слайва» был, по обыкновению, в простой, но добротной одежде сплошь черного цвета. На боку висел длинный меч для поединков с простой истертой рукоятью. – Вы здоровы?
Маркус крякнул:
– Начинаю подозревать, что староват я для такой суеты.
– Не пора ли в отставку? – отозвался Демос.
– Сразу, как закончим дело.
– Дела никогда не кончаются, – заметил Демос.
– Хмф. Может, если повезет, схвачу стрелу в глаз.
