Пётр Иванович в это время занимался Верхнелягушинским архивом. Серёгин обязал Клавдию Макаровну открыть кабинет «6. Архив» и принести туда как можно больше свечей. А на плечи Семиручко Пётр Иванович возложил обязанность перетрусить все регистрационные журналы, а после — просмотреть все бумажки и бумажечки, которыми были забиты полки архива, и определить, что пропало, а что — нет. Вавёркин сидел тут же, в архиве, пытался починить свой «колдовской» компьютер и ныл, что некуда подключить паяльник. Клавдия Макаровна притащила последний подсвечник и тут же была «передана» в подчинение Семиручко — начала вместе с ним сличать имеющиеся в архиве дела с записями в журнале. Семиручко сидел с журналом и «кричал» номера и заголовки дел, а Клавдия Макаровна отыскивала их на пыльных полках. Так и работали они в дрожащем свете многочисленных свечей, а потом в архив ввалились трое. Кошко, Хомякович, а последним явился Хлебоедов. Серёгин прервал наблюдение за Семиручко и Клавдией Макаровной и вперил в вошедшую троицу удивлённый взгляд. Пётр Иванович сразу же заметил, что с ними нет Сидорова.
— Где Сидоров? — осведомился Серёгин у всех троих.
А в ответ все трое, сбивчиво, перебивая друг друга, рассказали, что сержант потерялся в подземельях «Хозтехника».
— Что? — подпрыгнул Серёгин, и едва не свернул на пол целых два подсвечника. — Что значит — потерялся??
— Он за мной шёл, — оправдывался Хомякович. — А потом — я не знаю, куда он делся. Я вылез, а он — нет. Я думал, что он всё это время за мной идёт…
— Поехали на поиски! — скомандовал Серёгин и ринулся к двери.
— Куда, сейчас уже стемнеет! — предостерёг Кошко. — А когда заходит солнце — из Чёртового кургана выходит чёрт…
— Нету чёрта! — отрубил Серёгин. — А до сумерек мы успеем разыскать его!
Пётр Иванович решительно распахнул дверь и сразу же лоб в лоб столкнулся с Сидоровым.
— Саня?? — изумился Серёгин, застряв в дверях.
— Ага, — кивнул Сидоров. — Что-то случилось?
— Хлебоедов сказал мне, что ты в пещере потерялся, — выдавил Серёгин.
— Суслик он, — буркнул Сидоров. — А я в пещере Маргариту Садальскую видел.
Сержант подробно рассказал Серёгину о своём «волшебном» приключении в подземельях «Хозтехника» и про вездеход на заднем дворе Гопниковского особняка. Разговаривая, Пётр Иванович вывел Сидорова в коридор, и позвал туда же и Кошко с Хомяковичем и с Хлебоедовым — чтобы Семиручко не подслушал разговор.
— Мы эту штуковину сначала в пещере видели, — говорил Сидоров. — Она там ещё куда-то поехала, вниз. А потом — я случайно вышел к «тринадцатке», — так Сидоров называл дом покойного Гопникова, — и там же снова на неё наткнулся!
— Следы колёс этой машины совпадают со следами из пещеры из Донецка, — вставил Хлебоедов. — Можно сказать, что это была одна и та же машина.
Серёгин стоял, ошеломлённый сообщением и тут же из-за двери архива возникла голова Семиручко и изрекла:
— Мы нашли то, что пропало. Пропали документы Гопникова.
Оказалось, что после того, как похоронили Гопникова, вернее, закопали пустой гроб — его дом обыскали и забрали в архив все обнаруженные там документы. Их держали на отдельной полке, надеялись, что объявится хоть какой-нибудь родственник Гопникова и заберёт их, но никто так и не явился, а документы покрылись пылью и заросли паутиной. Бумаги Гопникова были зарегистрированы в журнале, Семиручко дошёл до этой записи, а Клавдия Макаровна, подойдя к полке, обнаружила на месте документов только свободный от пыли квадратик.
— Спасибо, — поблагодарил Семиручко Серёгин.
Пётр Иванович отправил Хомяковича и Кошко обратно в Красное, и вместе с ними уехал и Вавёркин, потому что ему не терпелось найти паяльник и припаять обратно оторванные присоски. Хлебоедов тоже уехал — в Донецк — потому что Недобежкин дал ему командировку всего на один день. А Серёгин и Сидоров поехали «на базу», к Фёкле Матвеевне — чтобы придумать новый план.
— Ой, ребятки! — обрадовалась Фёкла Матвеевна, когда Серёгин и Сидоров переступили порог и вошли в хату. — А я уж волноваться почала!
Ужин у Феклы Матвеевны, как всегда, был отличным. Заморив изголодавшегося червячка, Пётр Иванович и Сидоров засели за составление плана.
— Я обратил внимание на стену в погребе, — сказал Серёгин. — Она кирпичная, замшелая такая. А вот посередине там есть такой участок, как будто бы из более свежих кирпичей. Дверь там была когда-то, что ли…
— В винный погреб? — подсказал Сидоров, вспомнив старый чертёж.
— Да, в погреб, в погреб, — согласился Серёгин. — Я считаю, что нам стоит ещё раз попробовать сломать её. Скорее всего, база шпионов была именно там, в винном погребе. И скорее всего, именно там обосновался наш с тобой «чёрт».
— Ну, шпионов пускай СБУ выкуривает, — протянул Сидоров, потому что вспомнил прозрачное чудовище, что живёт в доме и снова испугался его. — Это не наша работа…
— Ну, наша — не наша, но прежде, чем вызывать СБУ, нужно сначала доказать, есть там кто-нибудь, или нет. А то — СБУ приедет, а там — ёк! И тогда нам и премия — ёк, и, может быть, в личное дело впаяют.
