Мог ли он быть тем, с кем я связана узами Непреложной печати? До этих пор мне казалось, что я никого здесь не знаю, кроме Эфкена. Теперь появился второй мужчина, который вызывал во мне совершенно другие чувства. Я чувствовала, что знаю его. Как будто в прошлом он оставил следы своих когтей.
– О чем думаешь? – прервала мои мысли Сезги, и я медленно посмотрела на нее. Эфкена в ложе не было. Я не знала, где он, но надеялась, что уже на пути в ад.
– Я кое с кем столкнулась, – прямо сказала я. – По дороге в туалет.
В ее сверкающих даже в темноте изумрудно-зеленых глазах вспыхнуло неподдельное любопытство.
– Он что-то сказал? Если он обидел тебя, мы вышвырнем его из клуба.
– Нет, – пробормотала я. – Мне показалось, что я узнала его.
– Он тот, кого вы ищете? – спросила Сезги, будто прочитав мои мысли.
– Я впервые ощутила, что знаю кого-то отсюда, – солгала я, хотя нечто подобное испытывала и по отношению к Эфкену, но Сезги об этом знать было необязательно.
– Значит, человек, с которым ты связана, находится где-то рядом, – в ужасе сказала Сезги. – Если Эфкен узнает об этом…
– То убьет его? – спросила я, и Сезги заколебалась; кровь отхлынула от ее лица. – Он пообещал мне убить его.
– Он пообещал убить его ради тебя? Но зачем?
– Только так можно разорвать узы, – ответила я, и она медленно кивнула, как будто хорошо разбиралась в узах Непреложной печати.
– Верно, – пробормотала она. – Единственный способ разорвать узы – смерть.
Это верно для любых отношений. Романтических, дружеских или родственных.
Я смотрела, как прошлое проносится в ее печальных зеленых глазах, напоминающих дикую растительность леса. Воспоминания в них были подобны пламени, сносящему все со своего пути, как волны бушующего океана. Не удержавшись, я нежно сжала ее плечо, и Сезги сначала улыбнулась, но потом вдруг нахмурилась, словно мое прикосновение встревожило ее, и пристально посмотрела мне в глаза. Я уже собиралась отдернуть руку, когда она накрыла ее своей теплой ладонью. Глядя в ее зеленые глаза, я видела, как морские волны разбиваются о мои твердые холодные скалы. Казалось, в нас бьются противоположные заряды.
– Почему ты такая холодная? – Ее вопрос прозвучал так неожиданно, я почувствовала, как меня пробирает дрожь. – Махинев, у тебя кожа как лед.
– Не знаю. – Мне стало неловко, и я убрала руку. – Сколько себя помню, мне всегда было холодно. Никогда не могу согреться.
Сезги приоткрыла рот, потом закрыла и подождала несколько мгновений.
– Значит, Эфкен собирается убить человека, с которым ты связана, ради тебя? – наконец спросила она, сменив тему разговора, и я посмотрела на нее.
– Он так сказал.
– Не думаю, что он сделает это, чтобы спасти тебя, – сказала она, и я удивилась. – Думаю, он и правда хочет убить того человека.
– Почему?
– Только не говори, что ничего не понимаешь! Разве ты не заметила, как Эфкен кружит вокруг тебя?
Сердце немилосердно забилось, в ушах зашумело, и мне захотелось все отрицать.
– Ничего подобного, – возразила я, не в силах принять и удержать эту странную мысль. Я не хотела даже думать об этом. – Разве ты не видела, как он обращается со мной? Иногда он ведет себя так, будто хочет убить меня.
– Обычно он проводит с женщинами не больше двух часов. – Она закатила глаза. – И то с одной лишь целью, ну ты понимаешь.
– С какой?
– Перепихнуться, – неожиданно прямо сказала Сезги и указала подбородком на танцующую толпу внизу. Я не поняла, что она хочет этим сказать, поэтому присмотрелась к толпе и увидела там Эфкена. Он прижимался спиной к одной из колонн чуть поодаль от танцпола, а прямо рядом с ним стояла высокая светловолосая женщина в облегающем платье синего цвета, похожая на античную богиню. Она что-то настойчиво говорила, но Эфкен даже не смотрел на нее – он безучастно наблюдал за танцующей толпой. Она ни на секунду не отрывала от него глаз, потому что видела самого красивого мужчину во всем клубе.
– Он хочет перепихнуться с этой женщиной? – спросила я и тут же почувствовала, как сердце наполняется болью, будто в него вонзились когти неведомого чудовища. Мне захотелось поднести руку к груди, чтобы удержать и успокоить его. Тьма пустила корни глубоко в мое тело и теперь сжимала душу в смертельных объятьях.
– Давай поспорим? – усмехнулась Сезги, глядя на меня. – Если Эфкен равнодушен к тебе, то сегодня ночью он переспит с этой красоткой, и тогда ты победила. – Она с улыбкой взглянула на парочку недалеко от танцпола. – Но если Эфкен Карадуман откажет ей, значит, он к тебе не равнодушен, и выиграла я. При обычных обстоятельствах Эфкен – по крайней мере тот Эфкен, которого я знаю, – не упустил бы шанса переспать с красоткой.
Жжение в груди стало причинять боль. Я одним глотком осушила стакан водки, от вкуса которой онемел язык.
– Не то чтобы меня это волновало, конечно, – сказала я, – но я уверена, что он равнодушен ко мне и обязательно переспит с ней.
