– Я знаю, что не все здесь нормально, Медуза, – сказал он, едва ли не давясь словами. – Знаю, что тебе нелегко пришлось в последнее время, особенно учитывая, что ты оказалась в незнакомом месте. Поэтому я хочу, чтобы ты успокоилась и рассказала мне, что именно видела. А потом мы поговорим о том, почему ты решила сбежать, хорошо?
– Я видела ее глаза, – сказала я, и он замер. – Глаза Кристал были ненормальными… другими.
Эфкен сделал шаг ко мне.
– И какими они были?
Я в ужасе пожала плечами, покачав головой.
– Они были странными. Как будто светились. Зрачки стали вытянутыми и узкими. Как у…
– Как у кого?
– Как… – Я посмотрела на Эфкена, и он посмотрел на меня. – Как у рептилии.
Когда Эфкен сделал еще один шаг мне навстречу, я отступила назад, создавая дистанцию между нами, и уперлась спиной в холодную стену. Эфкен стоял прямо передо мной, прижимая к стене, и смотрел мне прямо в глаза, прямо в душу.
Он поднес руку к моей холодной щеке и коснулся кончиками пальцев моей кожи. В глубине его глаз я видела кровавое семя ненависти, которое однажды прорастет и окрепнет, превратится в нечто такое, что причинит мне сильнейшую боль, а возможно, даже станет моим убийцей.
– Еще там был мальчик. – Я дрожала, не в силах отвести от него взгляд. – Его глаза тоже сияли. В них был… свет.
– Медуза, – тихо прошептал он, и я почувствовала, как его дыхание опалило мое лицо. – Вот такой?
Когда синий свет ослепил меня, колени подкосились, но я не упала. Эфкен быстро обхватил меня за талию.
Его синие глаза мерцали подобно заиндевевшей полной луне, и в этой синеве клубился туман, похожий на плывущие облака.
SLEEPING PULSE, UNDER THE SAME SKY
ЭФКЕН КАРАДУМАН
Она проникла в меня, и я перестал быть собой.
Однажды я умру, но смерть была для меня не проблемой. Я знал, что, кем бы я ни был до рождения, я буду им и после смерти; я просто буду
Когда я бросил ключи в прихожей, тишина внутри оглушила меня. Я не слышал стука ее сердца – он не доносился ни из одной части дома. Моя рука повисла в воздухе, и я задействовал все свои органы чувств, чтобы просканировать каждый уголок. Ее горячее сердце нигде не билось, как будто остановилось или вовсе исчезло.
Я думал, что меня охватит гнев от мысли, что ее нет, но этого не случилось.
Я не знал, что чувствую. Чувство это мне было незнакомо.
Пытаясь разогнать свою собственную тьму, я горел ради нее. Знал, что мой пламенный свет не прогонит тьму, но я не ожидал, что она сбежит так скоро.
Эгоизм превращал меня в гребаного ублюдка.
Хотя моя кожа горела огнем, по венам растекался ледяной холодок, пробиравшийся до глубины души. Я замер. Она ушла. Исчезла? Биения ее сердца слышно не было. Оно молчало. И бьется уже далеко отсюда. Я не мог побороть чувство, которое стремительно неслось по телу. Оно вызывало у меня тошноту.
Я ненавидел это ощущение, хотел задушить его в себе, потому что оно путешествовало по моим жилам, потому что оно завладело мной, потому что оно пульсировало в моем сердце подобно крови.
Я чувствовал себя так, словно потерял того, кто мне никогда не принадлежал.
Я чувствовал, как мое сердце истекает кровью.
Я быстро обыскал весь дом, даже заглянул под подушки, пытаясь найти ее. Хотя она была не такой уж миниатюрной, в моих глазах ничем не отличалась от маленькой девочки. Тем не менее она была женщиной, соблазнительной женщиной, скрывавшейся за образом невинной малышки, с которой мне приходилось оставаться один на один. В ней было столько женственности, что мне хотелось навсегда запечатлеть ее образ в памяти.
Мой пульс заполнял собою весь дом, а ее пульс отсутствовал вовсе. Куда бы она ни отправилась, ее шансы на выживание были невелики. Останься она здесь, я бы никогда не причинил ей вреда, даже если бы знал, что в один прекрасный день она зарежет меня ножом для хлеба. Она знала это, поэтому продолжала провоцировать меня и бросать вызов. Теперь же я не знал, когда ее сердце перестанет биться в груди, но мне почему-то казалось, что времени у меня мало.
Я остановился. Не мог даже двигаться.
Не мог сделать ни единого гребаного шага. Меня словно парализовало. Мысли проносились в моей голове одна за другой, но я не успевал сосредоточиться ни на одной из них.
– К черту, – внезапно прорычал я и направился ко входной двери. Сердце бешено колотилось, будто собиралось взорваться в груди. Сколько у нее было времени? Сколько времени осталось у меня? – Кретин! Идиот!
Как только распахнул дверь, в мой разум ворвалось завывание метели.
Я остановился и направил органы чувств на улицы города. Мои уши прислушивались к голосам на одной стороне, глаза быстро следили за незнакомцами на другой, нос, впитывающий запахи, пробился сквозь толпу и уловил ее. Я схватился за перила крыльца, и белый снег хрустнул под моей смуглой рукой. Учащенное дыхание разрывало легкие.
Я будто создал огонь из собственного пепла.
Мне просто нужно было узнать, где она, и потом спокойно защитить.
