Как только я увидел Кристал, мысль о том, что она могла причинить вред Медузе, сжалась вокруг моего горла, точно руки, желающие задушить. Я тут же почувствовал неудержимую неприязнь к Кристал. А ведь когда-то она была для меня обычной женщиной. Я не испытывал к ней ни ненависти, ни любви. Она была просто человеком. Я игнорировал ее, иногда даже больше, чем игнорировал, – я разбивал ей сердце, а она всегда хотела быть рядом со мной.
Но я никогда не хотел быть рядом с ней.
Я смутно помнил, как Кристал впервые появилась в Варте. Из множества женщин, которые бегали за мной, она стала первой, кто хотел не только мое привлекательное тело, но у меня не было к ней чувств.
У меня был лишь компас, который я держал в руке. Мой гнев. Я родился с ним, я существовал вместе с ним, я собирался умереть с ним. С моим верным компасом.
Но женщине никогда не стать моим компасом, моей путеводной звездой. Им был только гнев. Всегда будет гнев.
Мы с Кристал никогда не вступали в сексуальные отношения. Я не допускал этого, не хотел. Я всегда предпочитал женщин, которые желали лишь получить наслаждение и удовлетворить низменные порывы, не больше. С ними было проще. Когда все заканчивалось, мы расходились, даже не попрощавшись друг с другом. Но я знал, что Кристал захочет большего.
Меня совершенно не волновало, чего она хочет, – ей никогда не получить этого, – но Кристал всегда была настоящей занозой в заднице.
Мысль о том, что она прикоснулась к Медузе, внезапно разожгла во мне пламя праведного гнева. Я посмотрел на Кристал так, что она чуть не отступила назад, нервно поглядывая в мою сторону.
Если она прикоснулась к моей своенравной змейке, ей не избежать неприятностей. Тем более она давно напрашивалась.
– Что ты здесь делаешь? – прорычал я достаточно громко. Я почувствовал, как затряслась Медуза в моих объятьях. Наверное, для нее это прозвучало как рев, но она не слышала, как я реву на самом деле. Думаю, ее маленькое сердечко не выдержало бы, и она бы умерла от испуга. Вопрос, который все это время повторялся в моей голове, рождая устрашающие мысли, сорвался с моих губ: – Что ты с ней сделала?
– Ничего я с ней не делала, – ответила Кристал; ее голос звучал спокойно, но в глазах отражалось беспокойство. В руках она держала какую-то дурацкую палку. Когда она двинулась к нам, я вскинул одну бровь. – Я видела ее в лесу, – принялась объяснять она. С моим гневом она никогда раньше не сталкивалась, и хотя это должно пугать, Кристал была не из пугливых. – Она выглядела напуганной, – прошептала она.
Медуза обмякла в моих объятьях и сильнее прижалась ко мне, но мне показалось, что в ее хрупком теле не осталось ни капли страха. Там был гнев. Но почему?
– Что ты сделала с мальчиком? – внезапно спросила она, и ее голос прозвучал злобно, даже вызывающе. Я промолчал, хоть и не понимал, о ком она говорит. Как только почувствовал, что она собирается отстраниться от меня, я схватил ее за запястье и притянул к себе, прижимая ее изящную спину к своей груди.
– С каким мальчиком? – спросила Кристал. Какой бы безучастной она ни пыталась казаться, ее глаза выдавали правду, и я с легкостью понял, что она лжет. Это было так же легко, как сломать детскую игрушку. Вот только мне хотелось сломать
Она могла обмануть Медузу, но не меня.
– Ты была там со мной, – в ужасе прокричала Медуза.
– Да, – без эмоций сказала Кристал. – Я была там.
Медуза прожигала меня взглядом, я смотрел лишь в ее кроваво-карие глаза, не обращая никакого внимания на Кристал. Она врала, я видел это, поэтому просто смотрел на свою прекрасную змейку.
– Что ты там делала, Кристал? – спросил я, продолжая наблюдать за Медузой. Ее кроваво-карие глаза сверкнули, как будто мой вопрос заинтриговал ее. Она могла бы умолять меня поверить ей, но в этом не было необходимости. Я уже верил ей.
– Пришла увидеться с тобой, – снова соврала Кристал. Она никогда не приходила сюда. Я впервые видел ее здесь.
– Что у тебя в руке? – снова спросил я.
В отличие от Кристал, моя змейка видела, что мне не по себе.
– Я танцовщица, и это мой аксессуар. Разве ты не знаешь, как я люблю играть с палочками, – ответила она, но все ее заигрывания вели только к одному: заставить меня поверить в ложь. В глубине души она знала, что я ей не верю. Знала, что никто не мог меня обмануть. – Неважно. Я пришла, потому что хотела увидеть тебя. А еще подумала, что эта девушка с тобой. Недавние события в клубе наверняка напугали ее. Я перебрала с выпивкой и теперь чувствую себя виноватой перед ней.
– Что ты делала в лесу? – спросил я, скрежетнув зубами. Если бы я мог раскрошить их, то уже давно сделал бы это. К счастью, меня одарили крепкими зубами и челюстью.
– Я услышала ее крик.
– Она лжет, – прошептала Медуза, отчаянно глядя мне в глаза. Мне захотелось обхватить пальцами ее маленький подбородок и попробовать на вкус эти сочные мягкие губы. Я никак не мог отделаться от этого чувства. – Я клянусь.
