– Когда мы поженимся и все это ожидание закончится, когда все уляжется и утрясется, я буду в полном порядке.
Струан с трудом воспользовался ночной вазой, это было всегда болезненно, и увидел в моче кровь. Вчера, когда она появилась снова, он сказал об этом Хоугу, и Хоуг ответил: ничего страшного.
– Тогда почему у вас такой встревоженный вид?
– Вовсе не встревоженный, Малкольм, просто озабоченный. С такими серьезными ранениями внутренних органов при заживлении следует уделять внимание любым мелочам…
Струан закончил с вазой, доковылял до кресла у окна и с благодарностью опустился в него.
В полумиле от фактории Струана, рядом с Пьяным Городом, в ничем не примечательном домике японской деревни Хирага голым лежал на животе, ему делали массаж. С виду дом был самым обычным: выходящий на улицу фасад обветшал, похожий на все остальные, вытянувшиеся по обе стороны узкой грунтовой дороги; каждое из этих строений служило домом, складом и в дневное время лавкой. Внутри же, как и во многих домах, принадлежавших купцам позажиточнее, все сверкало чистотой, полировкой, здесь было просторно, чувствовалась заботливая рука. Это был дом сёи, деревенского старосты.
Найти это убежище было нелегко. Когда он вошел в деревню, его окружило пораженное молчание, ибо вот стоял самурай, самурай без мечей, выглядевший как дикарь. Улица мигом опустела, за исключением тех, кто оказался рядом с ним, все они попадали на колени и замерли, ожидая своей участи.
– Ты, старик, скажи, где у вас тут ближайший рёкан – гостиница.
– У нас нет гостиницы, господин, в ней нет нужды, господин, – пробормотал старый лавочник. Подстегиваемый страхом, он бестолково затараторил дальше: – В ней нет нужды, потому что наша Ёсивара совсем рядом, она больше, чем многие города, там десятки мест, где вы можете остановиться, больше сотни девушек, не считая прислужниц, три настоящих гейши и семь учениц, это в той стороне…
– Довольно! Где дом вашего сёи?
– Вон там, господин.
– Где, идиот? Встань и покажи мне дорогу.
Все еще кипя от гнева, он последовал за ним по улице, испытывая огромное желание выдавить глаза, следившие за ним из каждой щели, и раздавить шепот, поднимавшийся у него за спиной.
– Мы пришли, господин.
Хирага взмахом руки отпустил его. Вывеска снаружи открытой лавки, в которой лежало полно всевозможных товаров, но не было ни одного человека, гласила, что это был дом и контора Ити Рёси, сёи, торговца рисом и банкира, агента «Гёкоямы» в Иокогаме. Гёкоямы были дзайбацу (это слово означало финансовый клан, монополии, тесно связанные в одну систему предприятий) и обладали огромной властью в Эдо и Осаке как оптовые торговцы рисом, пивовары, винокуры и в первую очередь банкиры.
Он взял себя в руки. С большой осторожностью и вежливостью он постучал, присел на корточки и стал ждать, стараясь не замечать боль от побоев, которые получил в драке с патрулем из десяти солдат. По прошествии некоторого времени в открытую лавку вышел мужчина средних лет с волевым лицом, сел на колени и поклонился. Хирага поклонился в ответ как равному, сказал, что его зовут Накама Отами и упомянул, что его дед тоже был сёей, не говоря, где именно, но рассказав достаточно, чтобы его собеседник убедился в том, что это правда, потом, заметив, что в деревне нет рёкана, где можно было бы остановиться, он осведомился, не окажется ли у сёи комнаты для платящего гостя, которая была бы не занята на данный момент.
– Мой дед тоже имеет честь вести дела с дзайбацу «Гёкоямы» – его деревни продают через них весь свой урожай, – вежливо сказал он. – Вообще-то, я бы хотел просить вас отправить им в Осаку мое денежное поручение и был бы признателен, если бы вы ссудили мне немного денег под его залог.
– Эдо ближе, чем Осака, Отами-сан.
– Да, но Осака удобнее для меня, чем Эдо, – ответил Хирага, не желая рисковать: в Эдо информация могла бы просочиться к бакуфу. Он поймал на себе оценивающий взгляд сёи, холодный и без тени страха, и спрятал поглубже свою ненависть, ибо даже даймё приходилось быть осторожными, когда они имели дела с кланом Гёкояма или их агентами, даже Огаме, правителю Тёсю. Все знали, что Огама должен им огромные суммы, и доходы за несколько будущих лет были уже отданы в залог в качестве обеспечения этих займов.
– Моя компания почитает за честь служить старым клиентам. Пожалуйста, как долго вы желали бы пробыть в моем доме?
– Несколько дней, если это не причинит вам неудобств. – Хирага рассказал ему о Тайрере и о проблеме с солдатами, но только потому, что был уверен, что новость об этом уже опередила его.
– Вы можете остаться по меньшей мере на три дня, Отами-сан. Прошу прощения, но вы должны быть готовы уйти быстро в случае неожиданной облавы, днем или ночью.
– Я понимаю. Благодарю вас.
– Пожалуйста, извините меня, но я бы хотел получить документ, подписанный этим Тайрой, или еще лучше предводителем всех гайдзинов, который приказывал бы мне открыть для вас мой дом, если или когда бакуфу появятся здесь.
