Пока они ждали, Тайрер вернулся за свой стол и с серьезным видом уставился в окно. Он отчаянно жаждал услышать от Хираги о Фудзико, но был слишком хорошо воспитан, чтобы прямо задать столь щекотливый вопрос. Черт бы побрал этого парня, думал он, он должен был бы сам обо всем рассказать, зная, как я тревожусь и переживаю, а не заставлять меня ждать. Нужно научить его вести себя по-английски, нужно научить его держать себя в руках, солдаты были совершенно правы. Нужно сделать из него английского джентльмена. Но как? А тут еще этот чертов Джейми, который оказался дьявольски умен.
После завтрака он отправился вместе с Макфеем в его контору, где его уговорили выпить рюмочку коньяка, а потом, буквально через несколько минут, он обнаружил, что выложил шотландцу все, что знал.
– Ну, Филип, это была блестящая мысль, – сказал ему Макфей с искренним энтузиазмом. – Наш парень может стать настоящей золотой жилой, если задавать ему правильные вопросы. Он говорил, откуда он родом?
– Из Тёсю, кажется, он так сказал.
– Я бы хотел побеседовать с ним наедине.
– Если он встретится с вами, тогда и другие обязательно все узнают, и эта новость… эта новость будет у всех на устах.
– Если я знаю, знает и Норберт, и готов поспорить, что и бакуфу тоже – они не дураки. Сожалею, но здесь секретов нет, сколько раз должен я напоминать вам об этом?
– Хорошо, я спрошу у него. Но только если я буду присутствовать при вашей беседе.
– Ну вот это уж совсем необязательно, Филип, у вас столько дел. Я бы не хотел, чтобы вы понапрасну теряли время.
– Да или нет!
Макфей вздохнул.
– Вас не переспоришь, Филип. Ладно, будь по-вашему.
– И еще если я получу для чтения последнюю главу, бесплатно, скажем, завтра. Вы договоритесь об этом с Неттлсмитом.
Макфей резко заметил:
– Если мне приходится платить сумасшедшую сумму в восемь долларов, вы тоже должны внести часть.
– Тогда никакой беседы, и я сам проинформирую сэра Уильяма. Он улыбнулся про себя, вспомнив кислую мину на лице Макфея, а потом негромкое «чай, масса, сильна быстла лаз-лаз» прервало его мысли и вернуло к Накаме. Чен поставил поднос, теперь он пришел без тесака, но тот лежал поблизости, сразу за дверью.
В торжественном молчании Тайрер наполнил две чашки, добавил молоко и сахар и с благоговением пригубил обжигающую, почти черную жидкость.
– Вот так-то лучше.
Хирага в точности повторил его действия. Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не вскрикнуть, ошпарившись, и удержать во рту то, что на вкус показалось ему самым омерзительным пойлом, какое он когда-либо пробовал в своей жизни.
– Хорошо, а? – произнес Тайрер с широкой улыбкой, допивая свою чашку. – Еще?
– Нет, нет, спасибо. Анге'рийская традиция, да?
– Английская и американская, да, не французская. Эти французы. – Тайрер пожал плечами. – У них нет вкуса.
–
– Бог мой, нет, мы совсем не как они. Они живут на континенте, мы же – островная нация, как и вы. Разные обычаи, разная пища, правительство, вообще все; ну и, конечно, Франция – более мелкая держава в сравнении с Британией. – Тайрер добавил и размешал еще одну ложку сахара, с удовлетворением отметив, что гнев его собеседника словно растворился в воздухе. – Очень разные.
– О, так? Анге'рийский и французы воевали есть?
Тайрер рассмеялся.
– Десятки раз на протяжении столетий, а в других войнах – союзники: мы были союзниками в последнем конфликте. – Он коротко рассказал ему о Крыме, потом о Наполеоне Бонапарте, Французской революции и нынешнем императоре Луи Наполеоне. – Он племянник Бонапарта и абсолютный шут. Бонапарт шутом не был. Это один из самых больших злодеев, когда-либо рождавшихся на свет божий, он повинен в смерти сотен и сотен тысяч. Если бы не Веллингтон, не Нельсон и не наши солдаты, он правил бы всем миром. Вы понимаете все это?
Хирага кивнул.
– Не все с'рова, но понимаю. – Однако он ухватил суть, и от услышанного голова его пошла кругом, хотя он никак не мог сообразить, почему великого генерала должны считать злодеем. – Паза'рста, продо'рзать, Тайра-сан.
Тайрер продолжал свой урок истории еще некоторое время, потом прервал его и начал подводить Накаму к главному:
– Теперь о вашей проблеме. Когда вы покидали Ёсивару, у вас не возникло никаких затруднений со стражниками там?
– Нет, притвори'рся носить овочи.
– Это хорошо, о, кстати, вы видели Райко-сан?
– Да. Фудзико нет возмозный завтра.
– О. Ну ладно. – Тайрер небрежно пожал плечами, умирая в душе.
Но Хирага заметил его огромное разочарование и несколько мгновений упивался им.
