– О… погоди минутку. – Он улыбнулся Анжелике. – Извини, ангел мой, мне нужно поговорить с Джейми кое о каких вещах, ты не возражаешь?
– Разумеется, нет. Доброй ночи, Джейми. – Она наклонилась и тепло поцеловала Струана. – Доброй ночи, Малкольм, спи хорошо.
– Доброй ночи, дорогая, нам нужно выехать пораньше.
– Да… но Малкольм, пожалуйста, могу я спросить, из-за чего поднялся весь этот крик? Я не поняла, ты не мог бы объяснить?
– Это была зависть. Ничего больше.
– О! Конечно, каким сильным ты был и каким современным! Как правильно ты решил насчет ружей и опиума… о-ля-ля,
– Сразу, как рассветет. Я позабочусь, чтобы тебя разбудили заранее, но… но не удивляйся, если… если наши планы поменяются – Марлоу сказал, что погода может испортиться.
– Но он поклялся, что ветер упадет и это будет замечательный день для морской прогулки.
– Я сказал «может испортиться», Эйнджел. – Он обнял ее. – Если не завтра, то в первый же подходящий день. Он обещал.
– Я так надеюсь, что мы поедем завтра.
–
Когда она ушла, тишина в комнате сгустилась. Чен снова заглянул к ним, приоткрыв дверь.
– Закрой эту чертову дверь, – крикнул Малкольм, – и чтобы я тебя больше не видел! – Дверь мгновенно захлопнулась. Джейми открыл было рот, но Малкольм поднял руку. – Не говори ничего о кораблях, пушках или опиуме. Пожалуйста.
– Очень хорошо.
– Присядь, Джейми. – Малкольм продумал все обходные пути вокруг адмирала и приготовил план действий для каждого из различных вариантов: если адмирал решит, что они могут отправиться в море с его благословения, или если они отправятся, но Марлоу будет запрещено совершать церемонию, или если поездка будет отложена на будущее. Сейчас он на время отложил контрмеры в сторону. – Позаботься, пожалуйста, чтобы наш паровой катер подошел к «Жемчужине» перед рассветом с указаниями боцману выяснить у Марлоу, состоится наша поездка или нет. Какой бы ответ ни был получен, скажи боцману, чтобы доставил его мне сюда. Хорошо?
– Разумеется.
– Я написал письмо Норберту и передал его Горнту сегодня вечером, так что это дело сделано. Я ничего не забыл?
– Относительно среды?
– Да.
– По-моему, нет. Время и место тебе известны, пистолеты стандартные, врачей не будет, так как было решено, что ни на Бэбкотта, ни на Хоуга положиться нельзя. Эти письма – твоя единственная защита. Других свидетелей, кроме меня и Горнта, не будет.
– Хорошо. Ты готов отбыть с «Гарцующим Облаком»?
– Завтра я отошлю на борт чемодан вместе с нашей почтой, никто не должен ничего заподозрить. А как быть с твоими сундуками?
– Я беру только один. Незаметно доставь его завтра на корабль. Если кто-нибудь начнет задавать вопросы, скажи, что я отсылаю вперед кое-что из одежды, планируя переезд в Гонконг до Рождества.
– Упаковывать его будет Чен?
– Придется ему. Я возьму с него клятву держать язык за зубами, но это будет касаться только нашего общества, а не китайцев. Мне придется взять его с собой. А Ток – тоже проблема, но она может остаться здесь в ожидании нашего настоящего переезда. Мне придется посвятить в нашу тайну А Со. Она отправится с нами в Гонконг.
– Анжелика?
– Ей ничего говорить не нужно. Если мы попадем на «Жемчужину», А Со сможет уложить ее одежду еще в один сундук и отправить его на корабль с тем же объяснением – для большей безопасности нужно будет подождать, когда стемнеет. Годится?
– Да.
– В среду утром мы, ты и я, незаметно выскользнем через заднее крыльцо, как и было решено. Чуть позже Чен, А Со и Анжелика, хорошенько закутавшись в плащи, пройдут через улицу на нашу пристань, где ты оставишь паровой катер, который доставит их на клипер…
– Извини, что прерываю, но если это окончательный план, то лучше воспользоваться катером на веслах, шуму меньше. На всякий случай паровой катер должен ждать нас у причала в Пьяном Городе.
– Так действительно лучше, Джейми. Спасибо. Значит, катер на веслах. После того как я разберусь с Норбертом, мы немедленно отправляемся на корабль. Завтра скажи Варгашу, чтобы он договорился о встрече с нашими японскими поставщиками шелка на следующую пятницу, пусть все выглядит так, будто у нас очень загруженное расписание на остаток этой недели и на всю следующую, хорошо?
– Да.
– Что-нибудь еще, Джейми?
– Могу я предложить кое-что?
– Конечно.
– После завтрашней поездки на «Жемчужине»… – Макфэй нерешительно помолчал. – Ты говорил, что, возможно, планы поменяются… из-за погоды? Прогноз ведь как будто хороший, нет?
– Да. Это на тот случай, если Марлоу придется остаться в порту, – беззаботно ответил Малкольм. – Со всей этой подготовкой к бомбардировке Эдо, или с угрозой бомбардировки, невозможно загадывать, что взбредет в голову Кеттереру или сэру Уильяму. Так что у тебя за предложение, Джейми?
