– Вы правы, – прошептала она, – но определенная информация могла бы стоить такого риска. И если… если бы у меня были тайные сведения о том… о том, что высокие чиновники втайне затевают против гайдзинов, у меня, возможно, получилось бы распорядиться и ими к нашей обоюдной выгоде. – У края ее дорогого парика выступил пот. Она смахнула его крошечным кусочком розовой бумаги. – Жарко,
– Не так жарко, как в том котле, где мы рискуем очутиться.
– Чего бы стоил день, когда состоится нападение – и военный план гайдзинов? – Сегодня утром Фурансу-сан сообщил ей столько деталей, что даже самый недоверчивый покупатель почувствовал бы желание раскошелиться.
Сердце Мэйкин гулко застучало. Она надеялась, что приглашение Райко будет означать что-нибудь в этом роде. Последние два года она взращивала и косвенно намекала на существование такого интереса, следуя наставлениям сэнсэя Кацуматы, для которого любые сведения о гайдзинах имели ценность. Кроме того, все шпионы бакуфу недавно получили тайные распоряжения, вместе с обещанием богатой награды, сосредоточить внимание на Иокогаме, разведать секреты гайдзинов и узнать, кто снабжает противника запретной информацией о Японии. То, что Райко сама сделала первый шаг, имело решающее значение – по сути, она была единственной, кому Мэйкин была готова довериться в этой игре, так похожей на гангрену.
– Как скоро произойдет нападение?
– Не будет ли возможно разузнать какой-нибудь важный для гайдзинов секрет, который можно было бы предложить как часть возмещения?
Мэйкин выпрямилась и задумалась, крепко и надолго.
Да, Райко можно доверять полностью до тех пор, пока ее жизнь не окажется под угрозой. Да, постоянный источник информации был бы очень ценен не только из-за денег, но и для дела –
– Райко, старая моя подруга, – тихо произнесла она, – я нисколько не сомневаюсь, что
– Бренди, Мэйкин-чан? – Райко налила подруге, слабея от возбуждения. – Если кто и может решить такую хитрую задачу, то это вы.
Обе женщины смерили друг друга взглядом и улыбнулись.
– Возможно.
– Да. А теперь, пожалуй, пока хватит. Мы можем вернуться к этому позже или завтра, если пожелаете. Позвольте мне предложить вам развлечения на сегодняшний вечер, если только вы не устали?
– Благодарю вас. Нет, я не устала. На пароме из Эдо было очень удобно и совсем малолюдно, а мои слуги позаботились, чтобы капитан выполнял мои малейшие пожелания. – Мэйкин прибыла на причал деревни перед самым закатом. – Позвольте мне спросить, что вы предлагаете?
– У нас есть гейши, но они не удовлетворяют столь высоким требованиям, как ваши. Есть несколько молодых людей, которые могли бы оказаться вполне достойными. – Глаза Райко прищурились, и кожа вокруг них покрылась сеточкой морщин, когда она улыбнулась, вспомнив, как чудесно они проводили время в дни своей юности. – Или, может быть,
Мэйкин хохотнула и сделала глоточек бренди.
– Это было бы приятным развлечением и напомнило бы мне о старых временах, Райко-тян. Она поможет мне думать, поможет мне разобраться, смогу ли я предоставить вам то, о чем вы просите. Хорошо. Я согласна, на сегодня довольно серьезных разговоров. Давайте поболтаем о старых днях, о том, как идут дела, и о том, как поживает ваш сын?
– У него все хорошо, он по-прежнему поднимается все выше и выше в Гъёкояме.
– Позвольте мне замолвить за него словечко, хотя я уверена, что в этом нет нужды. Отличный банк, самый лучший, я получаю у них самый высокий процент, и мои вклады распределены для большей безопасности – наступает голод, поэтому я закупила много риса из будущего урожая. Ваш сын, ему ведь теперь двадцать четыре,
– Двадцать шесть. А ваша дочь?
– Благодарение всем богам, бедным и богатым, я успешно выдала ее замуж за госи, так что ее дети будут самураями, у нее уже есть один сын, но, ииии, ее муж дорого мне обходится! – Мэйкин покачала головой из стороны в сторону, потом рассмеялась. – Однако я не должна жаловаться, я лишь превращаю жалкие, ни на что не годные капли, истекающие из нескольких богатых стариков, в наследство, о котором мы и мечтать не могли.
К их смеху примешался звук шагов. В сёдзи легко постучали.
– Госпожа?
– Да, Цуки-чан?
– Прошу прощения, но сёя Рёси, старейшина деревни, умоляет о разрешении повидать вас и вашу гостью.
Брови Райко выгнулись дугой.
– Мою гостью?
– Да, госпожа.
Мэйкин нахмурилась.
– Он всегда приветствует гостей?