Прислушиваясь к затихающим голосам засыпающих он, прихлебывая из кружки, пялился в экран. Там ниче-го, кроме темени ночи не было видно, поэтому, изредка переключал вид передачи изображения на инфракрас-ный, как его обучил Лепин. Но в этом положении все было в том же цвете — никаких красных тепловых пятен не наблюдалось. Тогда он переключил на систему ночного видения. Все сразу стало более-менее видно в зеленом свете. Все тоже самое, но в ином ракурсе — те же кусты, деревья и ни одной души — только легкая поземка метет по земле, такой холодной, неприветливой…
Наметенные сугробы и в некоторых торчащие верхние ветки кустов представлялись феерическими наплыва-ми-сетками, прикрывающие спрятавшиеся и ждущие своего часа злобных пришельцев, ждущих и ждущих, когда можно будет без сопротивления присвоить чужое. От этого сопоставления мурашки пробежали по спине. Взгляд переместился дальше — выступающие стволы деревьев вдали казались диковинными орудиями, приготовив-шихся к броску машин тяжелой поддержки атакующих. Почти не двигавшиеся, только вверху порой содрогаемые порывами ветра, деревья отбрасывали неестественные отблески каких-то особых волн излучения, несущих горячий, теплый, прохладный воздух, становящийся поистине ледяным. Помимо этого от них исходил заунывный, монотонный, повторяющийся через равномерные промежутки времени звук: звук тревоги и надвигавшейся беды.
От этого мороза хотелось укрыться, убежать, но бежать некуда, только сжаться, по возможности пытаясь сохранить остатки улетучивающегося тепла. Плотнее сжаться и думать о теплом светлом прошлом; но нет, тепло просачивалось через поры тела…
В какой-то момент Михаил Анатольевич вздрогнул и…проснулся. Твою…он заснул, положив голову на стол! Зачем-то выключил свет. С этой мыслью выпрямился, поворачиваясь к выключателю за спиной, но в глаза попал мигающий и монотонно пищащий сигнал автономного питания сберегающего режима экрана. Тот не светился.
— Что за черт? — нахмурился Михаил Анатольевич, щелкая выключателем в полной темноте, но свет не за-жегся.
«К тому же выключатель находится в положении «Включено», — машинально отметил Горшненин-старший.
Нащупав в выдвижной полке стола фонарик, приготовленный Павлом Христофоровичем, «на всякий случай», «случай подходящий!! — опять же мелькнула мысль, он глянул на системник компьютера, для очистки совести нажал пуск, но ничего. Питания не было. Тогда Михаил Анатольевич, подсвечивая себе под ноги подошел к ле-стнице на первый этаж и начал подниматься — щитовая находилась там.
«Здесь почему-то через чур уж холодно! — подумал он, но сразу же пришла объясняющая мысль: — Так в пе-реходе батарей же нет!»
Она, эта мысль улетучилась с дуновением последнего теплого воздуха, когда он открыл просто ледяную дверь наверх — порыв, именно порыв ледяного воздуха обдал Михаила Сергеевича, рефлекторно заставив его отпрянуть и закрыть дверь.
«Кто-то забрался, разбив окна!» — было первое предположение, «но кто-то не стал бы сидеть там, на морозе, а спустился бы к ним, значит, просто ветер разбил окно!» С этим выводом Михаил Анатольевич вернулся вниз — как здесь тепло! — и стал одеваться по-настоящему: шуба и шапка не помешают! Будить остальных не стал, ре-шив сперва самому все разведать — как-никак заснул-то он — и восстановить электропитание.
На этот раз зимняя стужа безрезультатно ринулась на подготовленного к встрече с ней человека. В свете фо-нарика нашел разбитое окно, сквозь которое в главную залу намело с полметра сугроба.
«Отопление! Вот почему мне показалось, что стало холодновато там, внизу! Как бы не переморозить систе-му!» — мелькнула тревожная мысль.
Но вначале нужно проверить предохранители в распределительном щитке. Вот и он. Поворот запорной скобы и крышка открыта, но какого было его изумление, через некоторое время переросшее в страх после осознания общей причины отсутствия света, когда увидел исправные переключатели, находящиеся в положении «Включено».
В паре километров отсюда один из столбов с высоковольтными проводами упал, замкнув линию.
Под воздействием низкой температуры до этого замерзшая в месте трещины вода расширила этот наметив-шийся разлом. Затем несколько усилий напора ветра и столб, покачиваясь их стороны в сторону, в один момент преодолел точку возврата амплитуды колебаний… Яркий голубоватый разряд…
За десять километров отсюда на распределительной станции по этому району области на одном из трех пультов управления и слежения за энергопотреблением мигнул красный огонек, предупреждая о коротком замыкании, прерывании транспортировки электричества, но никто, ни чьи глаза не глянули в эту сторону, не вслушались в дублирующий звуковой сигнал системы. Люди своевольно покинули этот пост вот уже вторые сутки назад, когда поняли, что смена не приедет, а с диспетчерской ничего внятного не ответили, попросив ждать, когда проясниться обстановка. Поэтому и на два подобных сигнала, горящих вот уже более семи часов и на трель телефонных звонков никто не ответил.
