— Подожди. — Он начинает рыться в карманах своих джинсов и достает оттуда носовой платок. Развернув его, он очень аккуратно проводит им у меня между ног, вытирая остатки своей спермы. Этот жест кажется мне еще более интимным, чем все, что между нами было до этого. Но ему, конечно, нужно сказать, что-нибудь такое, что заставит меня снова покраснеть. — Вот теперь можно и трусики одеть, — с легкой ухмылкой произносит он.
— Ты очень внимателен. — Я пытаюсь изобразить его ухмылку, и на это Максим довольно хмыкает.
Мы начинаем одеваться, а меня все еще немного потряхивает от того, что мы сейчас занимались сексом прямо в лесу. Во мне кипит смесь противоречивых чувств, я в шоке, что позволила этому произойти и в шоке от того, что мне это так понравилось. Я чувствую блаженство, сладкую негу и легкий укол вины от того, что подобное поведение не очень-то правильно. Сексом люди должны заниматься в постели, а не в лесу и, конечно, не в общественных местах. У нас же с Максом все как раз наоборот. Мы делаем это где угодно, но только не там, где все обычные люди. Хотя, чего ты ждешь, Оксана? Уж точно не романтического ложа, обставленного свечами. Краем глаза я наблюдаю, как Макс неторопливо одевается, совершенно необеспокоенный тем, что совсем рядом могут находиться люди. А если бы мимо кто-то проходил? А что если нас действительно кто — то мог услышать? Заметила бы я хоть кого-нибудь рядом? Это вряд ли. Я была слишком увлечена происходящим между нами действом. Я и сейчас едва могу оторвать от него взгляд. Максим отыскивает свои очки и просто водружает их себе на голову. Подходит ко мне, все еще стоящую возле дерева, уже одетую и, слегка приобняв, спрашивает:
— Интересная экскурсия вышла, верно?
Он нарочно соприкасается со мной носом, слегка потирая его о мой. Он усмехается, в глазах снова пляшут озорные искорки. Но потом, видно вспомнив что-то еще, его лицо слегка мрачнеет:
— Тебе нужно будет провериться, понимаешь?
— Да, — согласно киваю я.
— И учитывая то, что мы оба слишком часто теряем голову, стоит подумать о других видах защиты, — он внимательно заглядывает в мои глаза.
— Хорошо, — с этим я не могу не согласиться. — Но, в любом случае, ты можешь не переживать, я к гинекологу хожу регулярно. Я чиста.
Эти слова я говорю со всем достоинством, на какое только позволяет ситуация вообще. А Максим, чуть вскинув брови, отвечает:
— Я имел в виду в первую очередь твою нежелательную беременность. У меня нет желания становиться отцом, — тембр его голоса моментально сменяется на более отстраненный и холодный. — Думаю, в той же степени, как и у тебя нет желания становиться матерью.
— Ох, — выдыхаю я, ощущая, перемену его настроения. Его слова меня задевают, хоть я и сама не понимаю, почему именно. Старюсь не выдать своего замешательства и склоняю голову, чтобы поправить прическу, которая наверняка у меня похожа сейчас на птичье гнездо. Максим помогает мне в этом, аккуратно заправляя за уши выбивающиеся прядки, Затем берет меня за руку, и у меня внутри снова ураган эмоций. С ним всегда так, пора бы уже привыкнуть. Сама не знаю, как у него это выходит, но каждый мой вздох рядом с ним, каждое сказанное им слово взрываются во мне яркими красками чувств, заставляя кровь бежать по венам к самому сердцу, увеличивая его биение в несколько раз. И всегда мои эмоции с ним такие разные и удивительные. В них собраны все цвета радуги. Холодные и горячие…
Глава 11
Мы медленно выбираемся из леса, молча держась за руки. И никто из нас не нарушает тишину, возникшую между нами. Думаю, это от того, что уж слишком эмоциональным вышел наш недавний разговор. И я не хочу его повторять. Проходя мимо обветшалого здания, с которым меня познакомил Максим, я задаюсь вопросом, как он сам попал сюда? Как узнал об этом месте? И как давно висит здесь его рисунок? На нем не было даты, как на многих других, но я уверена, что написан он был еще тогда, когда сам Макс был еще совсем мальчишкой. И уже тогда в его работе чувствовался талант и удивительное понимание цвета.
Когда мы выходим к набережной, то видим, что на ней не на шутку разгулялся ветер, и я очень рада тому, что снова убрала волосы наверх. Немного соленый и такой влажный воздух наполняет меня, остужая и приводя немного в чувства. Я встречаюсь с молчаливым взглядом Максима и задаю себе еще один вопрос — как мы смогли зайти так далеко в этих отношениях. И как еще дальше мы с ним зайдем?
Уже почти дойдя до памятника, у которого мы встретились, Максим чуть сильнее сжимает мою руку и слегка приостанавливается. Я удивленно смотрю на него, а взгляд Максима устремлен куда — то в сторону, и он подозрительно спокойным голосом говорит мне:
— Оксана, иди, сядь в машину.
— Что?
