Прошла целая неделя с того ужасного вечера, когда я в первый раз увидела поцелуй Стаса и Лены. Мы были на Сашкиной даче, снова вчетвером, и я уже начинала думать, что пора мне выходить из этого набившего болезненную оскомину дружественного квартета. Я стояла, облокотившись о косяк бани, и потягивала пиво из пластикового стаканчика. Ко мне подошел Сашка и с усмешкой попросил не напиваться, потому что я могу снова наделать блинов. Блинами он называл те рвотные лужи, что я оставила после себя у кафе. Я пихнула его вбок, понимая, что на него злиться смысла нет. Такой уж Сашка дурачок, шутки у него действительно глупые, но я знала, что и обидеть он меня не хотел. К тому же после пары бокалов пива он мог начать нести такую чушь, что можно было только уши затыкать.
— Тише ты! — шикнула я на него, мне совсем не хотелось, чтобы нас услышал Стас, который был совсем рядом.
— Не бойся, я унесу наш неудачный поцелуй в могилу, — прошептал он мне, а я скривилась только об одном этом воспоминании. — Скажи честно, это ведь не из — за него тебя стошнило.
Его лицо сделалось таким грустным, а я только сейчас заметила, что Сашка действительно был уже навеселе, его быстро разморило на солнышке.
— Нет, конечно, нет, я же тебе уже говорила, я, наверное, тогда просто превысила свою норму, организм не выдержал и вот… — я развела руками в сторону, давая понять, что он здесь совершенно ни при чем. Сашка довольно улыбнулся и встал ко мне еще ближе
— Может, давай повторим тогда? — я в ужасе наблюдала, как он быстро тянется ко мне своими слишком мягкими губами, и вовремя успела увернуться так, что его поцелуй пришелся на мою щеку.
— Эй! — возмутился он, — так не честно!
— Слушай, Саш, давай лучше не будем, — сказала я как можно мягче, но довольно настойчиво, оттесняя его от себя руками.
— Санек! Пойди сюда! — голос Стаса стал для меня спасением, и Сашка тут же переметнулся к другу, который попросил его отнести для Ленки ягод, которых он для нее собирал. Ленка сейчас была в домике и смотрела какое то реалити-шоу, от которого тащилась и ни за что не хотела его пропускать. Сашка сначала возмущался, мол, не ему нужно таскать ей ягоды, но под натиском друга все равно согласился. Мы остались со Стасом наедине. Он медленно поднялся с лавки, на которой сидел, и двинулся в моем направлении. А я смотрела на него и уже тогда понимала, что сейчас может произойти что-то не поправимое. Я видела это по его горящим глазам, я чувствовала его ревность!
— Я тебя избавил от него, — пробормотал Стас, облокотившись рукой о стену рядом со мной.
— Спасибо за это, — нервно хмыкнула я.
— Он тебе нравится?
— К чему такой вопрос?
— Нравится или нет?
— Отойди Стас, я хочу в дом, — я хотела отодвинуть его в сторону, но он не дал мне этого сделать.
— Он мне сказал, что вы целовались.
— Тебе-то что? — я воинственно вскинула подбородок, я была зла на него. Он не имел никакого права говорить со мной об этом. Я уже хотела сказать, чтобы он шел к своей девушке, к моей лучшей подруге, и оставил меня в покое, как его губы вдруг так стремительно приблизились к моим, сминая их, и жадно прижимаясь ко мне всем телом. В голове забился сигнал тревоги, я должна его оттолкнуть, обязана! Но я не могла, и сдавшись почти без боя своим чувствам, сама не заметила, как прильнула к нему, отвечая на этот дерзкий поцелуй. Стас втащил меня в темное помещение предбанника и стал грубо шарить по моему телу.
— Так он касался тебя? Касался, как я тебя сейчас? — со злостью прошептал он.
— Нет, нет! — отчаянно шептала я, боясь, что он сейчас уйдет и оставит меня одну. Стас теснее прижался ко мне, и я почувствовала, как его напряженное желание упирается мне в живот. Мы целовались как безумные, мое сердце ликовало, а голова кричала, что я совершаю ужасную ошибку, за которую потом могу дорого заплатить.
