Как бы он ни злился на Висконсию, в глубине души он сильно переживал за нее. И пусть она выглядела сильной и безразличной, ему не хотелось, чтобы о ней говорили плохо или высмеивали ее образ жизни. Отчего-то это только еще больше сердило его. И он не мог найти ничего другого, как вылить эту злость на девушку перед собой.
— Это никого не касается, — произнесла Галя уверенно. Она понимала, что в этом мире есть свои правила, но не хотела слепо следовать всему, что ей навязывало общество, которое, по сути, бросило ее в трудную минуту. Да, не совсем ее, но какая разница? — Где были все ваши аристократы, когда меня обокрали и выкинули, как ненужную тряпку? Где были все они, когда у меня хотели отнять последнее, что осталось от моего отца? А? Ах, как я могла забыть? Они сидели под крылышком у короля! Они ели еду, которая им ничего не стоила! Развлекались на балах! Спали в тепле и уюте, не беспокоясь о своей жизни! О мнении
Легран прищурился, услышав последние слова. Он не понял, что они значат, но мог поклясться, что баронесса только что грязно выругалась. О, как ему хотелось чем-нибудь заткнуть этот резкий и правдивый рот.
Как она могла быть такой? Эти ее слова, поведение! Почему она выглядела такой свободной, будто весь мир принадлежал только ей одной? Разве она не понимает, что другие могут растоптать ее за эту свободу? В этот момент Легран ясно увидел, что эта невыносимая женщина будет стоять прямо, даже если весь мир отвернется от нее.
Эта мысль заставила его дрожать. Он вдруг подумал, что не может остаться в стороне. Он должен быть рядом.
Следующим, что он ощутил, была резкая боль в щеке. Моргнув, Легран внезапно осознал, что только что поцеловал Висконсию.
Он не собирался!..
О, и, судя по боли, баронессе его действия сильно не понравились.
Галина Николаевна от неожиданности отшатнулась. Ее рука действовала, опережая мысли.
— Мальчишка! — вскрикнула Галя, чувствуя, как эмоции внутри превращаются в клубок хаоса.
Она не могла точно сказать, что именно сейчас чувствовала. Однозначно в душе до сих пор клокотал гнев, но к нему примешивалась хорошая порция растерянности. А еще, где-то глубоко внутри, погребенная под толстым слоем негатива, существовала капелька чего-то теплого, но Галина не обратила на это никакого внимания.
Не зная, как поступить, она привычно закрылась. Выпрямив спину, Галина Николаевна прищурилась и сжала губы. Ей требовалось время, чтобы все обдумать.
— Думаю, я вполне справлюсь без вашей помощи, — сухо заметила она, стараясь не смотреть, как щека Леграна окрашивается розовым. Кажется, она ударила сильнее, чем рассчитывала. — Всего хорошего, милорд, — слегка кивнув, она повернулась, желая немедленно покинуть компанию Эруарда.
Когда никто не стал ее задерживать, она ощутила небольшое разочарование, которое, впрочем, очень быстро было смято и забыто. Нет, ей вовсе не хотелось, чтобы Легран схватил ее за руку и сказал что-нибудь еще! И она вовсе не представляла, чем весь этот разговор мог закончиться! Это так глупо, а она давно уже не маленькая девочка, чтобы фантазировать о столь банальных вещах!
Инцидент на некоторое время выбил ее из колеи. Галина Николаевна отстраненно наблюдала, как она выбирает товары, как расплачивается, как договаривается о поставке. Весь оставшийся день промелькнул мимо, скрывшись в тумане.
Она осознала себя только вечером, сидя на кровати в одной ночной рубашке. Умник сидел рядом и с тревогой заглядывал в ее лицо.
Моргнув пару раз, Галя выдохнула и сгребла зверька в объятия. Уткнувшись в пушистую шею, она повалилась на кровать. Умник заерзал, давая понять, что ему неудобно. Галина не стала его удерживать, позволив ему сесть, как хочется. Зверь устроился на ее груди, глядя сверху вниз умными бусинами глаз.
— Это безумие, — доверительно поведала ему Галя. — Он совсем еще ребенок. Я не должна даже думать насчет него, — она разочарованно качнула головой. — Кроме того, мы абсолютно разные, — здесь она скривилась и снова вспомнила их с Леграном ссору.
Прикусив щеку изнутри, Галина с неудовольствием подумала, что в словах сына барона может быть доля правды. Срочно нужно изучить местные законы. Мало ли, вдруг представителям аристократии не разрешается работать? В ее прошлом мире тоже имелись разные ограничения.
Она очень надеялась, что все дело в простых убеждениях, а не прописанных законах. В первом случае она вполне могла не обращать внимания на других. Да, возможно, высший свет поднимет ее на смех, но у нее все равно не было никакой альтернативы.
Хотя существовал еще один выход. Она могла пойти к королю. Галя знала, что правитель разрешает обедневшим аристократам жить под своей крышей.
На этой мысли Галина скривилась. Жить как простая приживалка не было тем, чего она хотела. Ее натура просто не могла смириться с чем-то подобным.
Наверное, для других такое решение было бы идеальным вариантом, но лично она с радостью держалась бы подальше от королевского замка всю оставшуюся жизнь.
