– По крайней мере я понял, что собственные страхи – не причина отталкивать тех, кто мне дорог. К тому же с нашей работой это просто глупо. А еще такое нежелание работать над собой трусливо и малодушно. Но я больше так не хочу. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Ты готова дать мне еще один шанс?
Женя, услышав его признание, поперхнулась и тут же скривилась от боли. Она помедлила с ответом, обдумывая происходящее. Неужели Стас действительно все осознал? Понял, что было не так? Колдун нежно взял ее за руку, и Женя не отняла ладонь. Напротив, она сжала его пальцы в ответ.
– Прости меня, – сказал колдун тихо. – Я хочу быть с тобой. Наш совместный вечер был лучшим за всю мою жизнь. Ты дашь мне шанс, Женя?
Девушка улыбнулась. Она поняла, что больше не злилась на него. И дело даже не в том, что он все понял и теперь был готов услышать ее аргументы. Просто она сама как будто немного изменилась за эти три дня. Когда монстр ударил ее, она не думала о том, что это может быть конец. Почему-то эта мысль в тот миг не скользнула даже по краю сознания. Женя вообще ничего не ощущала, кроме желания спасти Стаса.
– Ты же знаешь ответ на этот вопрос. Давай попробуем.
– Я обещаю тебе, что больше никогда не причиню тебе боль.
– Сильное обещание.
– Я готов его сдержать. Хочу доказать, что ты можешь мне верить и доверять.
Вместо ответа Женя потянула Стаса к себе, и он наклонился к ней. Девушка обняла колдуна, прижимая его голову к своей груди. Слов им снова не требовалось: жесты говорили громче и красноречивее.
В ее объятиях было тепло и уютно. Ее аромат окутывал его, даря умиротворение. Давно он не ощущал подобного. С любимым человеком все было совершенно иначе. Стас закрыл глаза и глубоко вздохнул.
Им с Женей еще многое предстоит наладить в своих отношениях, но это был первый шаг, и колдун искренне радовался, что они его сделали. Он подумал о сыне. Когда-нибудь тот вырастет и станет самостоятельным, и тогда Стас сможет возобновить общение с ним. Он очень хотел бы сделать это сейчас, но все еще боялся, что этим поставит его под угрозу, ведь ребенок – не боевой колдун УСК. Стас слал ему письма, надеясь, что когда сын повзрослеет, то прочитает их и поймет, почему отца не было в его жизни.
Колдун не знал, как сложится его жизнь дальше, но был уверен – она только в его руках, и он сам будет ее строить. Он очень хотел увидеть, куда приведут его мечты.
Вся группа была подавлена смертью Виктора. Лихов не находил себе места. Приказав остальным оставаться в укрытии, сам он спустился в подземные ходы и шатался там… Он даже не знал сколько. Долгих восемьдесят лет они жили в спокойствии, пусть все было не всегда гладко, но они жили и даже неплохо. А сейчас в одночасье все рухнуло. И хотя Виктор не мог не знать, на что он шел, превращаясь, Лихова все равно не покидало терзающее чувство вины. Если бы не он, ничего этого не случилось бы. Если бы не доверие к самому ближайшему соратнику, Виктор был бы жив.
На самом деле Лихов раздумывал, нужно ли брать с собой уже один раз совершившего ошибку товарища, но в итоге все же решил, что стоит дать ему шанс. Лидер ждал, что Виктор будет во всем подчиняться после того промаха с Лаврентьевым, но тот, похоже, решил доказать свою верность слишком уж экстремальным способом.
И все-таки, каким бы он ни был, Виктор был другом и самым близким, самым преданным существом. И он погиб от глупого просчета лидера группы. Лихов, чтобы не сгореть в огненном безумии от горя, в какой-то момент принял демонический облик. С ревом он разогнался и врезался в стену. Затем отскочил и ударился о противоположную. На бетонный пол коридора посыпались осколки красного кирпича. Лихов взвыл, а затем снова бросился бежать. Он снес опору кирпичной арки-перехода между двумя коридорами, но едва ли заметил это. Наконец в небольшом пустом зале-перепутье, откуда в стороны расходились четыре коридора, нечистый остановился и упал на колени. Лихов сжал кулак и со всего размаху ударил им по бетонному полу. От эпицентра удара в стороны разошлись трещины. Облик демона медленно изменился, тот снова превратился в человека. Он тяжело дышал, зажмурившись и не желая видеть ничего вокруг. Но это не помогло удержать слезы. Они полились из единственного глаза, впервые за всю его долгую жизнь.
Только сейчас Лихов остро осознал, как не прав оказался, выбрав путь мести. Но тогда он верил в справедливость своих действий. И вот к чему привела цепь событий, запущенная им убийством Варвары Красы.
Но демон плакал не только об ушедшем друге и собственных рухнувших надеждах. Он рыдал о той жизни, которая ушла вместе с ним, и о нелегкой судьбе других собратьев, которая ждала их дальше. Лихов знал, что теперь у него остался один путь, и надеялся, что другие смогут прожить без него. У них было восемьдесят лет, чтобы научиться.
Вытирая лицо, он поднялся с колен и осмотрелся, ориентируясь. Поняв, где находится, Лихов понуро зашагал в сторону ближайшего к убежищу группы нечистых выходу.
