Алекс вел корабль, полностью полагаясь на свои новые чувства. Он 'видел' эти гравитационные течения как потоки темной воды и вел "Фантом" против них, как лоцман, ведущий корабль через шторм.
"Мы не сможем его обмануть, капитан," – сказала Кассандра. – "На этой 'доске' мы для него как яркая, светящаяся фигура. Он видит нас. Он чувствует нашу чуждую технологию. Наш единственный шанс – скорость".
Разлом был уже близко. Визуально он был почти незаметен – лишь легкое мерцание в сером свете, как рябь на воде. Но для Алекса он был ревущим водоворотом, обещающим спасение или окончательную гибель.
И тут Левиафан начал действовать.
Его гигантский, похожий на линзу, орган в центре 'острова' сфокусировался на них. И из него ударил не луч. А волна. Волна чистого… постижения.
Все на мостике замерли. В их головы хлынул поток образов и ощущений. Это не был враждебный ментальный штурм. Это было… любопытство. Левиафан пытался понять, что они такое. Он 'пробовал' их на вкус.
Алекс почувствовал, как древнее, непостижимое сознание копается в его памяти. Он увидел Ключ, Тень, 'Создателей'.
Киана вскрикнула, схватившись за голову. Она заново переживала самые сложные моменты взлома, самые опасные сделки.
Тинкер съежилась в кресле, и по ее щекам покатились слезы. Левиафан нашел ее самые болезненные воспоминания – холодные лаборатории "Проекта Колибри".
Внимание! Попытка несанкционированного считывания данных! Защитные протоколы… неэффективны! Он обходит их! Он читает меня! – в голосе Кассандры впервые прозвучала настоящая, цифровая паника.
Только Алекс, благодаря своему гибридному сознанию и Эгиде, мог сопротивляться.
"Он не хочет нас убить!" – крикнул он, пытаясь перебороть ментальное давление. – "Он хочет… ассимилировать! Поглотить наши знания, наши воспоминания! Стать нами!"
Как Улей! Только без грязи! – поняла Тень.
Это был чистый, первозданный хищник идей.
"Я не дам ему!" – сказал Алекс. Он встал, шатаясь, и положил обе руки на Эгиду. – "Ты хотел посмотреть, что у меня внутри? Хорошо. Смотри!"
И он сделал обратное. Он не стал защищаться. Он атаковал. Он направил на Левиафана все, чем он был. Не как оружие, а как… крик.
Он послал ему всю холодную, бесконечную, математическую тоску Ключа, который знал о грядущей тепловой смерти вселенной.
Он послал ему всю слепую, голодную, бессмысленную ярость Тени, рожденной из ошибки и не знающей ничего, кроме разрушения.
И он послал ему всю свою человеческую боль. Потерю Воррна. Свой страх. Свое одиночество. Свою отчаянную, иррациональную любовь к Киане. Свое упрямое, нелогичное желание защитить Тинкер.
Он обрушил на древнее, чистое, возможно, никогда не знавшее таких эмоций существо, всю сложную, противоречивую, прекрасную и уродливую суть бытия разумной, но смертной жизни.
Ментальная волна, бившая по "Фантому", на мгновение захлебнулась. Левиафан… замер. Впервые за миллионы лет своего существования он столкнулся с чем-то, что не мог ни понять, ни поглотить. С парадоксом. С горем. Со счастьем.
Этот миг был их единственным шансом.
"КИАНА! ТИНКЕР! ВСЮ ЭНЕРГИЮ НА ДВИГАТЕЛИ! СЕЙЧАС ЖЕ!" – заорал Алекс.
Девушки, вырванные из ментального плена его криком, бросились к консолям. "Фантом" взревел. Вся оставшаяся у них энергия, вся их воля превратились в один отчаянный рывок.
Корабль, как стрела, пущенная из лука, устремился к мерцающему разлому.
Левиафан, казалось, очнулся. Он 'посмотрел' им вслед. Но он не пытался их остановить. В его последнем, уходящем ментальном касании не было больше голода. Только… недоумение. И, возможно, тень чего-то похожего на уважение.
"Фантом" влетел в разлом.
И мир снова взорвался какофонией света и звука. Но на этот раз это было возвращение. Как болезненное, но радостное пробуждение ото сна.
Они вывалились в свой родной космос.
"Где мы?!" – спросила Киана, работая на консоли.
"Я… я знаю это место," – выдохнул Алекс. Он смотрел на звезды за иллюминатором. Они были знакомы. – "Кассандра?"
"Координаты подтверждены, капитан," – голос ИскИна был слаб, но стабилен. – "Нас выбросило… в Солнечной системе. На окраине Пояса Койпера. В трех часах полета от…"
"…от Земли," – закончил Алекс.
Они не просто вернулись. Их выбросило прямо к финальной цели. К тому самому месту, куда стремился Анти-Ключ.
Глава 87. Возвращение блудного сына
Три часа полета к Земле прошли в почти полной тишине. После безумия "изнанки" реальности, привычный, упорядоченный космос казался оглушительно понятным и спокойным. "Фантом" медленно шел на досветовой скорости, пока Кассандра и Киана проводили полную диагностику систем, пытаясь оценить ущерб, нанесенный им путешествием через разлом.
Экипаж приходил в себя. Тинкер, успокоившись, молча разбирала и чистила свой уголок в мастерской, находя утешение в знакомой, упорядоченной работе. Киана с мрачной сосредоточенностью восстанавливала поврежденные базы данных. Пережитый ментальный допрос Левиафана оставил на ней шрамы – она стала более замкнутой, ее обычная язвительность сменилась молчаливой настороженностью.