"Тогда мы будем считать, что он нас видит и слышит," — решил Алекс. Он посмотрел на "Личину". Ключ в его голове анализировал устройство с холодным интересом. Тень рычала от недоверия, чувствуя обман. — "Это не меняет нашего плана. Мы идем на аукцион. Но теперь — у нас будет преимущество".
Он повернулся к Киане. "Ты пойдешь со мной. Под 'Личиной'. Ты будешь моим техником и глазами. Воррн, ты останешься на корабле, на орбите 'Перекрестка'. Будешь нашей поддержкой и путем к отступлению. Если что-то пойдет не так — ты наш единственный шанс убраться оттуда живыми".
Воррн молча кивнул. Ему не нравилась идея отсиживаться на корабле, но он понимал логику плана.
"А ты?" — спросила Киана, глядя на Алекса. — "Ты тоже наденешь 'Личину'?"
Алекс покачал головой. "Нет. На меня она не подействует. Моя биология слишком нестабильна. Да и смысла нет. Тот, кто устроил этот аукцион, ищет не простого покупателя. Он ищет меня. Он почувствует Ключ, как бы я ни маскировался".
Он посмотрел на черный наруч. "Я пойду как есть. Я буду приманкой. А ты, под прикрытием 'Личины', будешь моей тенью. Никто не должен знать, что мы вместе. Мы встретимся уже там".
Это был их окончательный план. Опасный, основанный на обмане и недоверии даже к собственным "союзникам". Киана должна была стать незаметным призраком, Воррн — ангелом-хранителем на орбите, а Алекс — главной фигурой, идущей прямо в центр паутины.
"Хорошо," — сказала Киана, беря в руки 'Личину'. — "Кем мне стать? Высокой блондинкой или, может, трехруким торговцем оружием?"
"Стань кем-то, на кого никто не обратит внимания," — посоветовал Алекс. — "Стань незаметной. Стань серой мышью. Потому что в таких местах, как 'Перекресток', именно серые мыши замечают все ловушки, в которые попадаются львы".
Следующие два цикла полета до "Перекрестка" прошли в атмосфере напряженной, сосредоточенной подготовки. "Фантом" превратился в шпионское гнездо, репетиционную базу и мастерскую одновременно.
Воррн и Кассандра занимались внешним контуром. Они отрабатывали сценарии экстренной эвакуации, просчитывали "слепые зоны" патрулей Службы Порядка и даже создали несколько ложных маршрутов на случай, если Координатор решит отследить их настоящий курс после того, как они покинут станцию. Старый наемник часами просиживал над тактической картой "Перекрестка", запоминая каждый коридор и вентиляционную шахту. Он не доверял технологиям так, как доверял собственной памяти.
Алекс и Киана работали вместе. Их "рабочим местом" стал симуляционный зал "Тени-1", который Кассандра воссоздала в памяти "Фантома".
Сначала они готовили Киану. Алекс, используя архивы Ключа, вытаскивал из своей памяти образы десятков людей, которых он встречал в портах — их походку, манеру говорить, жесты. "Личина" могла скопировать внешность, но не поведение.
"Нет, не так," — говорил Алекс, наблюдая, как аватара Кианы в образе суетливого инфо-брокера идет по симулированной улице. — "Ты идешь как техник, который притворяется торговцем. Твои плечи напряжены, ты смотришь по сторонам, как будто ищешь угрозу. А должна смотреть, как будто ищешь выгоду. Расслабься. Сутулься. Пусть твои глаза бегают, но не ищут опасности, а оценивают стоимость дроида вон в той витрине".
Это была кропотливая, почти театральная работа. Алекс, сам того не осознавая, стал для нее режиссером. Он делился с ней своим опытом выживания в портовых трущобах. А она, со своей стороны, учила его видеть мир как хакер.
"Смотри на него," — говорила она, указывая на аватару патрульного Службы Порядка. — "Ты видишь солдата в броне. А я вижу терминал на ножках. У него есть нейролинк для связи с участком, биометрические сканеры в шлеме, и, скорее всего, личный комлинк с фотографиями семьи. Каждый из этих каналов — потенциальная уязвимость. Не думай, как пробить его броню. Думай, как 'взломать' его внимание".
Они учились друг у друга, и в процессе этого обучения между ними рождалось нечто новое. Доверие, основанное на глубоком профессиональном уважении. Он восхищался ее умом, ее способностью видеть скрытые структуры в хаосе. Она — его поразительной адаптивностью.
Иногда, поздно вечером, когда симуляция была окончена, они просто сидели в тишине на мостике, глядя на звезды.
"Боишься?" — спросил он однажды.
"Я всегда боюсь," — честно ответила Киана, не отрывая взгляда от иллюминатора. — "Страх — это нормально. Он говорит тебе, что ты еще жив. Проблема начинается, когда ты позволяешь ему принимать за тебя решения. А ты?"
Алекс задумался, прислушиваясь к себе. Ключ не знал страха, только расчет вероятностей. Тень знала только ярость и голод. А он, Алекс?
"Я боюсь не за себя," — наконец сказал он. — "Я боюсь того, что они могут заставить меня сделать. Или того, что могу сделать я, если потеряю контроль". Он посмотрел на нее. "Я боюсь подвести вас".