— К тому же, — как ни в чем не бывало продолжил Гарри, — пока девчонка контролирует главный Камень, легко можно управлять и любыми малыми лионитами. А с помощью них, как известно, можно повелевать и тварями.
Мне было об этом совершенно неизвестно, хотя кое о чем я уже догадался и сам. И все же услышать подтверждение своим мыслям было нужно.
Получается, все атаки и на Карадж, и на наш отряд были спланированы заранее и осуществлены обдуманно и целенаправлено.
— Что вы пообещали Лилуйи взамен за ее помощь?
Я не верил, что девушка по собственной воле оказалась на стороне Гарри, пусть даже он и оказался ее отцом. Не тот характер. Она бы не простила. Тут требовалась серьезная причина.
И она нашлась.
— Я могу вернуть к жизни племя Солнечной Долины.
— Но… они ведь давно мертвы?
— Кое-кто уцелел и оказался на Серых Территориях. Контролируя главный Камень этого Квадрата, я легко выведу их обратно.
Конечно, это звучит проще, чем первоначальный план Лилу — родить ребенка и потом, через много поколений, дать племени второй шанс. Не удивительно, что она уцепилась за подобную возможность обеими руками, и не побрезговала стащить у меня карту.
Я не ставил под сомнение слова Гарри, понимая, что сейчас он вряд ли будет лгать — нет смысла. Он смотрел на меня, как смотрят на мертвеца. Пусть я еще был жив и говорил с ним, но в глазах Гарри уже являлся трупом.
Он убьет меня. Когда? Да в любую секунду, и сделает это, не задумываясь.
— Зачем нужно объединение? — спросил я, оттягивая время. — Ведь с Серых Территорий идет лишь зло.
Гарри взглянул на меня с сожалением, как на недоразвитого родственника.
— Лиониты, шериф. В них сила мира. А твари… усмирить их — лишь дело времени. Однажды я уже упустил свой шанс и второй раз не допущу подобной ошибки.
Я хотел расспросить его подробнее, но Гарри внезапно сказал:
— Что же, мистер Эрп, думаю, нам пора прощаться!
И в то же мгновение чья-то легкая мысль коснулась моего сознания.
«Убей его!» — голос был низким, бархатным, ласкающим слух, но при этом твердым и непреклонным, ему хотелось повиноваться. Странный голос. Как будто некто подбирал слова и интонации, ему не свойственные.
«Как?» — спросил я мысленно, догадавшись, что речь идет о Гарри.
«Я помогу», — мой собеседник умолк, и некоторое время ничего не происходило, а потом я ощутил такой внезапный приток энергии, что захотелось прыгать и танцевать. Словно внезапно мне вновь стало пятнадцать лет, и вся жизнь впереди, и все только начинается.
Снайперское зрение, которое я так и не выключил, внезапно преобразилось. Теперь, при желании, я мог разглядеть каждую песчинку в пещере, каждый камень. Мог свободно транспортировать масштаб, увеличивая его или уменьшая. Мог смотреть сверху или подвести невидимый глаз снизу, словно управлял летающей камерой, фиксирующей все, вплоть до мелочей. Но подобные функции я использовал и раньше. Главное отличие — теперь я видел невидимое.
Черный Гарри засел в самой неудобной позиции, сверху за сталактитом, и я совершенно не понимал, каким образом он там держится. Мое обновленное зрение высветило его, четко обозначив контуры тела, но подстрелить Гарри со своего места я никак не мог, нужно было, чтобы он спустился вниз. Но уже то, что я его обнаружил, было замечательно. Его преимущество сошло на нет, и Гарри об этом пока даже не догадывался.
«Спасибо!» — продолжил было я свой безмолвный диалог с неизвестным, но в этот раз ответа не получил. Связь оборвалась. Или же мой собеседник решил сделать паузу, следя за развитием событий.
Гарри в тот же миг спрыгнул вниз, и если бы я не смотрел за ним в оба глаза, то пропустил бы это движение, настолько быстрым и стремительным оно было.
Два лучших стрелка в этом дерьмовом месте.
Выстрелы слились в один, и мы оба не промахнулись.
Мое левое плечо пронзила резкая боль, и рука, как плеть упала вдоль тела. Но и Гарри отлетел назад прямо на камни — пуля попала ему в корпус, пройдя насквозь и отбив кусок сталагмита позади. Его оружие отлетело чуть в сторону. Ствол револьвера слегка дымился.
Как бы мне сейчас пригодилась помощь Сэма и Бэнкси, но оба заместителя выбыли из игры надолго, если не навсегда. Я так и не понял, уцелели они или нет. И Лилу до сих пор пребывала в коматозном состоянии, не подавая видимых признаков жизни.
Я был один против Гарри.
Но сейчас, когда я мог его видеть, наши шансы уравнялись. А стрелок он был, как оказалось, не самый быстрый. В его случае все решала невидимость, а потеряв ее, он потерял и преимущество.
И все же меня он подранил, причем знатно.
Боль пульсировала в плече, благо, револьвер я держал в другой руке.
«Добить, добить, добить!» — я уже не понимал, мои это мысли или неизвестного собеседника, но в любом случае, они сходились с моими планами.
Я медленно пошел вперед, взглядом фиксируя Гарри, револьвер которого валялся слишком далеко — не достать.
Он был жив и в сознании.
Мое улучшенное снайперское зрение показывало, что пульсирующая рана постепенно приобретает нормальный цвет и оттенок, быстро затягиваясь. У него что, регенерация?
