У самого входа она притормозила, сообразив, что Кармилла специально оставила дверь в кают-компанию открытой. Одернув себя и выровняв дыхание, она вошла в обитель разврата.
И увидела их. Всех троих.
Кармилла сидела на диване вразвалочку и самодовольно попивала кровь из пакета. Сэша рядом таращилась на телек во все глаза и краснела щеками, она плотно стискивала бедра и немного елозила. Розочка тоже присутствовала. Дриада держала на коленях пакет с надписью «Чиполлино» и бросала в рот прозрачные гранулы удобрения, как поп-корн.
— Ой, а я как эта тетя не смогу! — пожаловалась Сэша, тыкая пальцем в экран.
— Лиходар не сразу строился, — ответила вампирша. — Потренируешься на огурцах.
Шондра бросила взгляд на телевизор и залилась густой краской.
— Шондрочка! — обрадовалась кошечка. — Давай, садись! — она похлопала рукой по обивке дивана рядом с собой. — Тут такое показывают, ух!
— Я вижу, — буркнула турельщица и посмотрела на беловласку. — И не стыдно тебе? Какого черта ты им порнуху включила?
— Это в образовательных целях, — отрезала вампирша, взяла пульт и поставила на паузу. — Смотри, кисонька, у Волка примерно, как у этого, только побольше.
Шондра покраснела еще сильнее, а Сэша внимательно повертела головой, запоминая.
Альпа снова нажала на кнопку, и действо продолжилось.
Стоны становилась все громче, а потом…
— Это молочко? — спросила кити-кити.
— Нет, Сэша, это сливки, — ответила клыкастая прошмандовка.
— Понятно, почему она их так слизывает.
Шондра решительно выдрала пульт из рук вампирши и выключила это непотребство.
— Так, все! Немедленно обедать! И чтоб даже не вздумали при капитане это обсуждать!
— Боишься, что трахнет кошечку, раньше тебя? — ехидно расплылась в улыбке кровососка. — Так он уже одну трахнул.
— Нет, дорогая, — черные брови турельщицы съехались. — Не хочу за компанию с вами люлей получить. Сэша, Роза, за мной! И забудьте все, что эта шмара вам показала!
— Как ты меня назвала? — тут же взбеленилась вампирша.
— У тебя проблемы со слухом? Или с координацией? Ты обляпалась, дорогуша.
Кармилла опустила взгляд на собственные сиськи, провела пальцем по кровавому потеку и томно слизнула.
— Фу, — прокомментировала турельщица. — Пока не научишься манерам, на кухню даже не суйся.
Она развернулась и гневно потопала обратно.
Прежде, чем показывать Мису экипажу, я решил допросить ее без свидетелей.
— Итак, рассказывай, дорогуша. Зачем ты проникла на мой Волот?
Рыжая кошка сидела на стуле в мрачной комнатке с плохо работающим освещением. Двери я заблокировал, так что без капитанского кода они не откроются.
— Я уже сказала. Повторяю: хотела посмотреть мир. После того, как я пыталась помочь твоим женщинам сбежать, мне дома делать нечего.
Гулко ударив руками по столу, я посмотрел ей в глаза.
— Может, ты не врешь. А может, тебя послала жрица. Откуда мне знать, что ты действительно сама сбежала из тюрьмы? Я вижу ситуацию так: мы победили, Великий Живоглот мертв, баллиста разрушена. Жрице пришлось сделать вид, что она прогнулась. Чтобы нанести удар мне в спину. Не думаю, что в ее хитрой головушке созрел всего один план. Она расчетливая зараза, так что наверняка подстраховалась. Почему бы не пообещать полную амнистию провинившейся сучке, если она выполнит небольшую работу?
— Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь! Какой удар в спину? Вы же забрали из города все ценности и свалили с наилучшими пожеланиями!
— Нет, моя хорошая, мы забрали все и свалили, после того, как жрица попыталась убить меня наедине. Но этот план провалился. Так скажи, почему я должен поверить, что ты не являешься запасным?
— Мне нечего тебе сказать, человек. Ты все равно не поверишь. Можешь запереть меня до прибытия в ваше поселение. Там я просто сойду, и ты никогда меня не увидишь.
— Раздевайся, — сказал я.
— Что? — опешила кошка.
— Да не волнуйся, для меня женщины в шерсти, что одетые. Я заберу твои шмотки и принесу тебе другие. Не хочу, чтобы позже выяснилось, что ты припрятала где-то маленький кристаллик с токсином или ядовитую ягодку. К тому же, твоя одежда все равно драная. Ну? Чего ждешь⁈ — я подкрепил слова, подняв на барышню револьвер.
Та стиснула челюсти и одарила меня ненавидящим взглядом, но поднялась.
Развязала ленточку на спине и сняла лифчик. Еще одна пара пушистых сисек.
Затем расстегнула поясок и широким жестом сбросила остатки юбки. Зажиматься и прикрываться не стала. Гордо выпрямилась и посмотрела мне в глаза. Тигриный хвост бился в воздухе, выражая за хозяйку всю степень возмущения.
— Подними руки.
— Собираешься меня облапать? — она выполнила распоряжение.
— Нет. Теперь попрыгай.
— Ты издеваешься?
— Если ты припрятала что-то под сиськами, оно вывалится. По-хорошему, тебя вообще обрить следует или обыскать с пристрастием.
— И в задницу заглянешь? Это же, считай, природный карман!
Она развернулась и зазывно повиляла хвостатым задом.
— Не хочу подцепить глистов.
Тигрица фыркнула, а я забрал ее одежду и вышел. Тщательно все перетряхнул, но ничего подозрительного не нашел. Поясок золотой, его я отделил, но пока к остальному золоту решил не относить. Пусть полежит.
