На ней тоже был пеньюар, но совершенно другого стиля — из чёрного шёлка, расшитого изумрудно-зелёными узорами, напоминающими вьюнки. Её волосы-лианы мягко шевелились, а на губах играла тихая, загадочная улыбка.
— Вайлет не возражает, — просто сказала она, прежде чем я успел открыть рот.
Перевёл взгляд на киборга. Та невозмутимо кивнула.
— Статистически, совместное участие в половом акте нескольких партнёров может повысить общий уровень удовлетворения на 37,4%. Я не вижу причин для отказа.
Я снова провел рукой по лицу.
Кажется, виски мне сегодня потребуется много.
— Хорошо, — выдохнул я. — Заходи.
Роза прошла внутрь. Теперь в моей каюте находились две полуобнажённые женщины, одна из которых киборг, а другая — разумное растение. Ситуация становилась всё более сюрреалистичной… Ну, или привычной. Тут как посмотреть, блин!
— Волк, тебе нравится моя новая причёска? — спросила Роза, заглядывая мне в глаза.
— Что, прости? — малость охренел я.
— Причёска, — она ткнула пальцем в копну извивающихся лиан у себя на голове. — У меня листики. Красиво?
— А, да, очень красиво… — пробормотал я. — Ты прям как эта… как её, богиня плодородия, короче.
Розочка просияла от комплимента, хотя он получился чертовски неуклюжим.
— Шампанского? — предложил я, решив, что раз уж вечер перестаёт быть томным, нужно соответствовать.
Они дружно кивнули. Я достал из мини-бара бутылку, наполнил два высоких фужера и протянул им. Сам же вернулся к бокалу вискаря и уже поднёс его к губам, когда в дверь позвонили в третий раз.
Замер, глядя на дверь, как на личного врага.
— Да вы издеваетесь! — прорычал я, уже не сдерживаясь.
Подошёл к двери и посмотрел, кто там.
На пороге стояла Лекса.
Дверь отъехала. На пороге стояла Лекса.
В синем шёлковом пеньюаре, который очень шёл к её глазам. Она выглядела злой, решительной и, судя по лёгкому румянцу на щеках, слегка пьяной. Она вперила в меня яростный взгляд, затем перевела его на Вайлет и Розу за моей спиной, и её лицо помрачнело ещё сильнее.
— Привет, Волк, пустишь на огонёк?
Я стоял в дверях собственной каюты, с голым торсом и полотенцем на бедрах, и чувствовал себя полным идиотом.
— Лекса, ты пила? — прямо спросил я. — Что случилось?
— Да вот меня внезапно поразила страшная догадка. А что, если я дура? Нужно срочно проверить.
В её голубых глазах бушевал ледяной огонь. Ярость, обида, вызов и что-то ещё, похожее на отчаяние, смешались в этом взгляде. Она смерила меня презрительной усмешкой, затем её взгляд снова скользнул за мою спину, оценивая Вайлет в кружевах и Розу в шелках.
— Ну что, капитан, — спросила она с хрипотцой. — Раз уж тут проходной двор и вечер открытых дверей, то почему бы и мне не присоединиться к этому празднику жизни, как считаешь?
Её визит настолько ошарашил меня, что я не нашёл ничего лучше, чем просто молча отступить в сторону, пропуская её внутрь.
Стало окончательно ясно: лёгкого, расслабляющего вечера, на который я так рассчитывал, точно не будет. Этот вечер обещал стать минным полем, где каждый шаг, каждое слово могло привести к взрыву. Жопа, короче.
Лекса вошла в каюту, как к себе домой. Вырвала из моей руки бокал с виски, который я всё ещё машинально сжимал, и залпом осушила до дна. По её щеке скатилась одинокая слеза, которую она тут же смахнула резким движением.
— Спасибо, — бросила она, ставя пустой бокал на стол с такой силой, что хрусталь жалобно звякнул.
Я смотрел на неё и пытался понять.
Она не хотела быть частью моего «гарема». Её злило и выводило из себя наличие других женщин. Похоже, сам факт, что она успела сдаться мне, сильно её подкосил. Она злилась и на меня, за то, что я такой, какой есть, и на себя, за то, что поддалась, хотя прекрасно знала, на что шла. Этот внутренний конфликт разрывал её на части, и сейчас осколки этого разрыва летели прямо в меня.
Она развернула кресло к постели и уселась в него, вызывающе забросив ногу на ногу.
— Что это за херня, Лекса? — наконец обрел я дар речи. — Что за проверка? Тест на прочность?
Она усмехнулась, но совсем не весело.
— Можно и так сказать, капитан, — она вперила в меня тяжелый взгляд. — Это тест. Для меня. Я хочу понять одну простую вещь. Останутся ли у меня к тебе хоть какие-то чувства после того, как ты трахнешь других баб прямо у меня на глазах. Может, это наконец выжжет всю эту дурь из моей головы. Может, меня просто стошнит, и я пойму, что мне пора возвращаться к привычной жизни.
В комнате повисла тяжёлая, звенящая тишина.
Даже Роза, обычно такая спокойная и отстраненная, напряглась, её лианы замерли, а в изумрудных глазах появилось недоумение. Вайлет же склонила голову набок, её фиолетовые глаза изучали Лексу с чисто научным интересом.
— Интересный социальный эксперимент, — констатировала киборг. — Вероятность успеха: 42,7%. Вероятность усугубления психологической травмы объекта «Лекса»: 89,3%.
— Заткнись, железка! — рявкнула Лекса, не глядя на неё.
Её взгляд оставался прикован ко мне.
Он требовал, провоцировал, умолял и ненавидел одновременно.
Я позволил себе немного ослабить барьеры и коснулся света её разума.
