Я выгнулся ей навстречу, и мир не взорвался, а наоборот — собрался воедино, обрел фокус и четкость. Вся разрозненная, искалеченная войной мозаика моей души на мгновение сложилась в цельную картину.
Я резко выдохнул, и с этим выдохом ушло всё, что отравляло меня годами.
Следующий день начался так же, где закончился — в её постели.
Я проснулся от полоски света, пробивавшейся сквозь щель в шторах.
Лиланда спала, свернувшись калачиком и положив свою гладкую синюю голову мне на плечо. Я осторожно, чтобы не разбудить её, убрал руку и сел на кровати.
В голове царила непривычная ясность. Вспомнил слова Беркута.
Долина Смерти. Финальный аккорд.
Скоро мне снова предстоит вести своего «краба» в самое пекло. Снова видеть, как металл плавится, а люди превращаются в пыль.
Но сейчас, в этой тихой комнате, рядом с этой синекожей лысой женщиной, я впервые за долгое время не чувствовал себя богом войны. Я чувствовал себя просто человеком. И это было самым страшным и одновременно самым ценным открытием за всю мою долгую, проклятую жизнь.
Я знал, что этот покой — лишь короткая передышка. Отсрочка перед казнью. Но я был благодарен и за неё. Наклонился и поцеловал Лиланду в макушку. Она что-то пробормотала во сне и улыбнулась.
И в этот момент пришло осознание, что теперь у меня есть то, что можно потерять.
А значит, в предстоящей бойне я буду драться ещё яростнее.
Прошло несколько недель. Блеск императорского бала стёрся, как позолота с дешёвой безделушки, оставив после себя лишь привкус похмелья и дурные предчувствия.
Предчувствия, которые, как водится, оправдались.
Я стоял на капитанском мостике «Антеро», моей новой боевой машины.
Это был не просто Волот. Это был сухопутный линкор, колоссальная гусеничная крепость, одним своим видом способная вогнать в депрессию небольшой город. Четвертое поколение, осадный класс. Медленный, неповоротливый, но способный выдержать прямое попадание метеорита и ответить сдачей. «Дарганелл» рядом с ним показался бы юрким Дестро.
— Капитан, все системы в норме. Двигатели «Лев-120» работают в штатном режиме. Готовы к выдвижению, — доложил мой новый штурман, жилистый парень с татуировкой в виде интегральной схемы на пол-лица.
Мой новый экипаж был под стать этой махине — сборище угрюмых профессионалов, для которых война — просто работа. Но прежде чем я успел отдать приказ, створки бронедверей с шипением открылись, впуская на мостик делегацию. Двое гвардейцев в парадной форме и… она.
Лиланда.
Строгий синий костюм, новый парик с безупречной укладкой, а на лице — выражение вежливой отстраненности.
— Посол Лиланда, — представил её один из гвардейцев. — Прикомандирована к вашему Волоту в качестве наблюдателя от союзной территории на время проведения операции.
— Наблюдателя? — переспросил я, скрестив руки на груди. — У меня тут не панорамный ресторан. У меня тут, чёрт возьми, война намечается.
— Мои обязанности вам известны, капитан Волков, — её голос прозвучал, как удар холодной стали. Она назвала меня по фамилии, проводя жирную черту между балом и этим мостиком. — Я здесь, чтобы убедиться, что интересы Флоксарии будут учтены в ходе генерального сражения. Распоряжение Императора.
Я скрипнул зубами. «Распоряжение Императора» — фраза, которой можно оправдать любой идиотизм.
— Что ж, добро пожаловать на борт, госпожа посол, — мрачно ответил я. — Постарайтесь не трогать красные кнопки и не отвлекать экипаж светскими беседами.
Она лишь кивнула и заняла свободное кресло, всем видом показывая, что она — часть интерьера. Но я чувствовал её взгляд.
«Антеро» тронулся.
Земля содрогнулась под его многотонной тушей.
Мы выезжали из гигантского подземного ангара, и перед нами открылась картина, от которой захватывало дух. Сотни Волотов. Целая армия стальных богов войны выстраивалась в боевой порядок.
Впереди, подобно горе, шагал флагманский «Дредноут» — ходячая крепость под командованием генерала Златоустова. На его борту находился сам Император, решивший лично полюбоваться на финальный акт войны. Рядом с ним, хищно пригнувшись к земле, двигался «Мехатиран-27» Беркута. Двуногий силуэт тираннозавра резко контрастировал с массивными четвероногими машинами.
Я видел их всех: приземистые, похожие на бронированных рептилий «Звероящеры-6», готовые к прорыву обороны; гигантские «Тортиллы», чьи панцири могли выдержать любой удар; восьминогие «Тарантулы-13», универсальные бойцы, и даже несколько архаичных, но все ещё внушающих ужас гусеничных механоидов.
Наш путь лежал в Долину Смерти.
И все отлично понимали, что своё название она оправдает.
Первые два дня колонна тянулась по Бескрайним Равнинам. Это был океан цветущего иван-чая и ковыля, уходящий за горизонт. Под мощными гусеницами «Антеро» месилась в пыль целая экосистема. За нами тянулся широкий след, словно оставленный гигантским плугом, а в воздухе стоял густой, сладковатый запах растёртых растений.
Лиланда, к моему удивлению, вышла на смотровую площадку и какое-то время молча наблюдала, как соцветия оседают на сталь.
