<p>42</p>В России ни одной не сыщешь нации,избегнувшей нашествия зверей,рожденных от безумной радиации,текущей из несчетных лагерей.<p>43</p>Бурлит людьми река Исхода,уносит ветви от корней,и молча ждет пловца свободаи сорок лет дороги к ней.<p>44</p>Еврей весьма уютно жил в России,но ей была вредна его полезность;тогда его оттуда попросили,и тут же вся империя разлезлась.<p>45</p>Мы ушли, мы в ином окаянствеищем радости зренья и слуха,только смех наш остался в пространствефлегматичного русского духа.<p>46</p>Мой жизненный опыт — вчерашен,он рабской, тюремной породы,поэтому так ошарашеня видом иной несвободы.<p>47</p>Я скучаю по тухло-застойнойпошлой жизни и подлой морали,где, тоскуя о жизни достойной,мы душой и умом воспаряли.<p>48</p>Я уезжал, с судьбой не споря,но в благодетельной разлуке,как раковина — рокот моря,храню я русской речи звуки.<p>49</p>Я пишу тебе письмо со свободы,все вокруг нам непонятно и дивно,всюду много то машин, то природы,а в сортирах чисто так, что противно.<p>50</p>Навеки в нас российская простуда;живем хотя теплично и рассеянно,но все, что за душой у нас, — оттуданадышано, привито и навеяно.<p>51</p>Чисто русский, увы, человек —по душе, по тоске, по уму,я по-русски устроил свой веки тюрьму поменял на суму.<p>52</p>От моей еврейской головыприбыль не объявится в деньгах,слишком я наелся трын-травына полянах русских и лугах.<p>53</p>Боюсь с людьми сходиться ближе,когда насквозь видна их суть:у тех, кто жил в вонючей жиже,всегда найдется что плеснуть.<p>54</p>Один еврей другого не мудрей,но разный в них запал и динамит,еврей в России больше, чем еврей,поскольку он еще антисемит.<p>55</p>Игра словами в рифму — эстафета,где чувствуешь партнера по руке:то ласточка вдруг выпорхнет от Фета,то Блок завьется снегом по строке.<p>56</p>И родом я чистый еврей, и лицом,а дух мой (укрыть его некуда) —останется русским, и дело с концом(хотя и обрезанным некогда).<p>57</p>Люблю Россию: ширь полей,повсюду вождь на пьедестале...Я меньше стал скучать по ней,когда оттуда ездить стали.<p>58</p>Мечтал я тихой жизнью празднойпожить последние года,но вал российской пены грязнойза мной вослед хлестнул сюда.<p>59</p>До боли все мне близко на Руси,знакомо, ощутимо и понятно,но Боже сохрани и упасименя от возвращения обратно.<p>Храпит и яростно дрожит</p><p>казацкий конь при слове «жид»</p><p>60</p>В евреях легко разобраться,отринув пустые названия,поскольку евреи — не нация,а форма существования.<p>61</p>Давным-давно с умом и пыломпевец на лире пробренчал:любовь и голод правят миром;а про евреев — умолчал.
