– Я хотела тебе позвонить, но обнаружила, что перепутала наши зарядки.
– И у меня аккумулятор сел. Правда, я потом его зарядил. Но теперь это уже не имеет значения. Я дома. С тобой. Так о чем ты хочешь мне рассказать?
Все так же, не поворачивая к нему головы, Джейн теребила одеяло. Потом нашла торчащую нитку и выдернула.
– Это свалилось на меня внезапно. Я не знала, как быть. Одна. Тебе звонить не решалась, чтобы не волновать… Там, в Сиэтле, я была на кладбище и… и… Ты же знаешь, что произошло с Мелоди. Мы оба знаем. Ну вот, когда я вернулась домой, я пошла… Я хотела сказать… Сегодня я попросила Мардж отвезти меня… Теперь это уже не имеет значения… потому что… потому что…
– Смелее, малышка. Повторяю: рассказывай и не бойся.
Пальцы Джейн замерли на одеяле.
– Калеб, я беременна, – сказала она, повернувшись к нему.
Калеба удивило ее отрешенное лицо. Ему показалось, не ослышался ли он.
– Ты сказала, что беременна? – на всякий случай переспросил он.
Джейн закусила нижнюю губу и кивнула.
Калеб не знал, как реагировать на новость. К глазам подступили слезы. Ему хотелось обнять Джейн и кричать от захлестнувшей его радости.
Вскочив с кровати, Калеб бросился в гостиную, отдернул шторы, распахнул балконную дверь и что есть мочи закричал на весь Остин:
– У нас будет ре-бе-но-о-ок!
Он вернулся в спальню, подхватил Джейн на руки и начал кружить. Потом, испугавшись, бережно опустил на пол и дотронулся до ее живота.
– Как же я не подумал? Это может плохо сказаться на ребенке.
– Дурачок, ребенок не стеклянный, – улыбнулась Джейн, ероша Калебу волосы. – А теперь встань, чтобы я могла тебя поцеловать по-настоящему. Ты же домой вернулся.
Калеб встал, обнял Джейн и сказал то, что первым пришло ему в голову:
– Я буду лучшим в мире отцом.
По ее улыбке он понял: Джейн ему верит.
– Я люблю тебя, Калеб Каммингс.
– И я люблю тебя, Джейн Маккинни, – ответил он. – Теперь нам надо поторопиться со свадьбой, чтобы у нашего малыша была двойная фамилия. И пора составлять список имен. Мне по вкусу Хантер или даже Тристан. Думаю, ты скорее будешь за Тристана. Помнишь, как тебе нравились их костюмы в фильме?
– Тристан? А почему ты думаешь, что родится мальчик?
– Конечно мальчик. Я это просто чувствую. Но я не собираюсь останавливаться на Тристане. Мне всегда нравились имена Тревор и Тайлер. Не знаю почему, но они почему-то все начинаются с буквы «Т».
– Имена будешь выбирать завтра. А сейчас лучше поцелуй меня, – сказала Джейн.
Не желая возражать Джейн в ее новом состоянии, Калеб послушно замолчал и прильнул губами к ее губам.
Джейн сидела на их диванчике, укутав ноги одеялом. На коленях у нее стояла миска с попкорном. Она отправляла кукурузные зерна в рот, лениво поглядывая на мелькавшие рекламы.
– Калеб, рекламы кончаются. Не опоздай на финал шоу.
В кухне раздался сигнал микроволновой печи. Вошел Калеб с новой порцией горячего попкорна и сел рядом.
– Помоги мне одолеть эту порцию, – попросил он. – Иначе ты рискуешь получить мужа с животиком. А нам достаточно одного животика.
Джейн пересыпала весь попкорн в миску, поставив ее между ними. Оба ощупью зачерпывали оттуда, приклеившись к экрану. Ведущий вызвал на сцену Панду и Кэрри Энн. Исполнительница кантри добавила себе кудряшек. Вид у нее был уверенный. Волосы Панды при любой прическе непременно лохматились. Она стояла, опустив глаза.
– Как ты думаешь, Джордин сильно огорчена, что не дошла до финала? – спросила Джейн.
– Сомневаюсь, что она вообще огорчена, – сказал Калеб. – Контракт на запись альбома ей не нужен. Думаю, ей просто хотелось добавить себе популярности.
– Ну что ж, этого она добилась.
На сцену поднялся какой-то человек и подал ведущему конверт. Послышалась барабанная дробь, свет в зале притушили, оставив лишь прожектор, освещавший финалисток.
– Америка проголосовала и сделала свой выбор, – объявил ведущий. – Я с гордостью сообщаю, что победительницей первого общенационального конкурса «Суперзвезда авторского исполнительства» и обладательницей полумиллионного контракта становится…
Ведущий выдержал паузу, затем театральным жестом вскрыл конверт и, глядя прямо в объектив камеры, произнес:
– В этом конкурсе победила Аманда Уайетт.
Услышав свое имя, Панда была настолько ошеломлена, что едва не упала в обморок. Потом, повернувшись к Кэрри Энн, она хотела обнять соперницу, но та, забыв про камеры, отмахнулась. Кэрри Энн до сих пор не могла поверить, что первое место досталось не ей.
Ведущий подозвал Панду к себе и, держа перед ней микрофон, спросил:
– Какие чувства ты испытываешь, став суперзвездой авторского исполнительства?
Панда растерянно заморгала, улыбаясь своей удивительной девчоночьей улыбкой. Потом вдруг схватила микрофон, встала на цыпочки, покружилась и безыскусно ответила:
– Это фантастика!
Джейн щелкнула пультом, выключив телевизор. Потом оглянулась на Калеба. Тот улыбался так, словно это он сейчас выиграл конкурс.
– Я рад, что первое место досталось Панде, – сказал Калеб.
– И тебе ничуть не грустно?
Он покачал головой:
