– И я по тебе соскучилась. Знаешь, что я сегодня сделала? Такие штучки случаются, когда женщины пудрятся на ходу. Но я не пудрилась. Я шла, задрав голову, и думала о тебе. И вдруг… я вляпалась в огромную лужу блевотины. Думаю, она потянула бы на Книгу рекордов Гиннесса. Там виднелись кусочки мяса из гамбургера и клочки сыра. От лужи тянулась дорожка к виновнику этого безобразия. Он спал почти у самого входа в церковь. Времени было часа три. Жарища ужасная. И запах. Вонь преследовала меня, пока я не выкинула свои туфли и не купила новые.
– Сочувствую, малышка. Нет ничего ужаснее запаха блевотины. Но почему тебя понесло штрафовать водителей возле церкви?
– Я же не выбираю, куда мне идти. Меня направили в тот квартал, я и пошла. Я должна тебе исповедаться.
– Попробую угадать твой грех. Ты так по мне соскучилась, что голосовала за кого-то другого. Да? Ты рассчитывала, что я вылечу с конкурса и побыстрее окажусь дома.
– Нет, глупышка. Хотя я действительно очень по тебе соскучилась. Но ты не угадал. Проходя мимо церкви, я помолилась, чтобы ты обязательно победил. Думаешь, с такой молитвой нельзя обращаться к Богу? Это слишком эгоистично?
– Учитывая, что ты вляпалась в блевотину пьяного прихожанина, твои молитвы могли быть только корыстными. Ты собираешься завтра смотреть результаты?
– Очень хотела бы, но не смогу. Сегодня четверг. А завтра у меня – вечерняя смена в центре города. Но Мардж обещала смотреть и регулярно сообщать мне результаты.
– Хорошо. Если сумею, пошлю тебе эсэмэску. А сейчас я – спать. Я люблю тебя.
– И я тебя люблю. Удачи!
– Удачи? Она мне не нужна, раз у меня есть твои молитвы.
Звонок мобильника застал Джейн, когда она уже собиралась нажать кнопку своей машинки и напечатать очередной штрафной билет. Пришлось засунуть машинку в поясную сумку и ответить на звонок.
– Он прошел? Постой! Ничего мне пока не рассказывай.
Над крышами ближайших домов поднималась полная луна. Джейн посмотрела на ее желтоватый круг и загадала желание.
– Теперь я готова… Мардж, я так и знала! Как он смотрелся на экране? Расскажи мне все.
Рассказ Мардж переполнил ее радостью. Джейн казалось, что луна ей весело подмигивает. Она послала Калебу поздравительную эсэмэску. За это время машина, водителя которой Джейн намеревалась оштрафовать, благополучно уехала. Ничего страшного. Джейн аннулировала штраф и не столько пошла, сколько полетела дальше, едва касаясь ногами тротуара. Она не видела машин с просроченным временем парковки. Всем прохожим она желала доброго вечера. Лицо ее светилось такой неподдельной добротой, что ей улыбались в ответ.
Через полчаса мобильник зазвонил снова. Джейн посмотрела начальные цифры: 206. Звонили из Сиэтла. Должно быть, кто-то из прежних друзей спешил поздравить ее с победой Калеба. Но по первым же услышанным словам Джейн поняла: речь шла совсем о другом.
– Вам звонят из клиники Харборвью. Я сейчас говорю с Джейн Маккинни?
Услышав слово «клиника», Джейн перестала улыбаться. Она остановилась, сжав в руке телефон. Прежде чем начать разговор, она снова взглянула на луну, чтобы загадать второе желание. Луна успела скрыться за тучами.
Мардж пристегнулась, потом включила двигатель. Некоторое время она сидела, опустив руки на рулевое колесо и словно вспоминая, что и как делать дальше.
– Мардж, ты уверена, что не разучилась водить машину? – спросила Джейн. – Еще не поздно вызвать такси.
– Не волнуйся, – успокоила ее Мардж. – Я всегда мысленно собираюсь, потом трогаюсь с места.
Она выжала сцепление, включила сигнал поворота, четыре или пять раз оглянулась назад и только потом тронулась с места. К моменту, когда они выехали на магистраль, Мардж, похоже, вспомнила все навыки вождения.
– Врачи считают, у нее инсульт? – спросила она Джейн.
– Они пока сами не знают. Делают анализы. Возможно, у моей матери произошло нарушение мозгового кровообращения.
– Значит, микроинсульт, – кивнула Мардж.
– Тебе это знакомо?
– Конечно. У меня самой был.
– Да? Тогда мне легче. Нет, не в том плане, что он у тебя был. Но ведь ты поправилась. По тебе никак сейчас не скажешь. Как ты выкарабкивалась?
– Мне давали препараты, разжижающие кровь. И еще я бросила курить.
Джейн недоверчиво посмотрела на соседку. Все время, что она здесь жила, Мардж дымила, как фабричная труба.
Поймав ее взгляд, Мардж пожала плечами:
– Я сейчас курю меньше, чем прежде. И продолжаю принимать лекарства, чтобы кровь не густела.
– Я очень надеюсь, что с моей матерью все обойдется, – вздохнула Джейн. – К другому сценарию я не готова. Особенно сейчас.
Они ехали молча, пока встречная машина не ослепила Мардж ярким светом фар. Только сейчас обе заметили, что фары их машины не горят. Мардж лихорадочно шарила по приборной доске, ища выключатель. Джейн сама включила фары.
– Ты надолго улетаешь? – спросила Мардж.
– Сама пока не знаю. Тебе не будет трудно поливать мои цветы на балконе?
– Нет ничего проще. А как у тебя с работой? Начальство отпустило?
