Делать было совсем нечего. Не сказать, что темница была сильно сырой, но всё же садиться на холодный камень мне совершенно не хотелось: пол ощущался неприятно твёрдым и холодным. Оставалось либо стоять, либо ходить по кругу, чем я, собственно, и занимался. Чаще ходил. Во время ходьбы вообще лучше думается. А подумать было о чём, тем более зелье всё ещё работало, и я чувствовал себя вполне неплохо — ничего не болело. Разве что холодно, но меня это не сильно волновало, ведь от холода можно отвлечься.
Мои размышления о возможном развитии событий прервались, когда я заметил через решётку, как мимо прошли два эльфа. Один, явно престарелый, был одет в ярко-красную, чуть выцветшую от времени мантию, а другой, моложе лет на двадцать точно, — в чёрную, с заметным блеском, как у нового материала. Видимо, это те, кого просила позвать Дарки. Надеюсь, что с ней просто побеседуют, а не сделают чего-либо нехорошего.
Вспоминая побоище, я только сейчас осознал вот что: мы ведь чудом смогли втроём одолеть настоящих профессионалов в количестве целых восьми человек. Ладно, одного сразу уложила Дарки. Осталось семеро. И всё равно, несмотря на то что мы тоже далеко не слабые, почему-то умудрились перебить всех. Более того, ни Дарки, ни Снежок не получили каких-либо серьёзных ранений. Единственное, что меня не удивляло, так это то, что теневики не пользовались оружием. Смысл, когда сражение проходило исключительно на боевой магии? Звуки магических вспышек и треск разрушенных заклинаний до сих пор эхом отдавались в моей голове.
Ещё раз мысленно прокрутив эту битву, я понял, за счёт чего мы их одолели. Почему-то я ни разу не столкнулся с защитой. У меня была защита, у Дарки — тоже. Снежок? Он был слишком быстрым, чтобы ему вообще успели нанести урон. И вот вопрос — почему теневики были без защиты? Я прекрасно помню, как беспрепятственно использовал огненные верёвки на первых двух противниках. Была бы защита, у меня бы не получилось всё так легко и просто. Что-то здесь не так. Либо это были не настоящие теневики, либо они остались по какой-то причине без защиты. У меня на этот счёт была одна версия — это дело рук Дарки. Раз уж она смогла первого убить сразу, то могла и снять с них защиту. Надо будет спросить. Как она узнала о том, что у меня проблемы, я догадался и так — наверняка поставила маячок. И это очень хорошо. Без её помощи я бы мог и не справиться. А если бы и справился, то от полученных магических ударов стал бы просто-напросто инвалидом. Или просто не выжил, что куда вероятнее.
Не знаю, сколько прошло времени, пока я размышлял обо всём этом, но казалось, что ход его ускорился, потому что я вдруг увидел стражника, который зазвенел ключами, открывая дверцу.
— На выход, — сказал он, отворив. — К дознавателю.
Мне ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Ну как повиноваться — кто ж будет не рад, когда его выпускают из темницы? Стены темницы были холодными, но воздух в коридоре, как ни странно, казался чуть теплее, словно там было немного больше жизни.
Выйдя, я сразу под надзором направился к столу дознавателя, около которого стояли те два мага или архимага — я понятия не имел, как их различать. Дарки сидела на том же месте. Дознаватель смотрел на меня уже другим, заинтересованным взглядом.
— Садитесь, пожалуйста, — кивнул он на стул, на котором я сидел ранее. Стоило мне это сделать, он продолжил: — Мы занимаемся расследованием незаконной деятельности теневой службы на территории нашего города. Вы согласны ответить на мои новые вопросы? Это касается исключительно дела.
Что и требовалось доказать: теневики действительно работали подпольно, но ведь кто-то их покрывал, не могли же они сами тут делать всё, что хотят. За дверями комнаты слышались лёгкие шаги стражников, едва слышимые шорохи, как будто всё это — часть чего-то гораздо большего.
— Согласен.
— Вы упоминали встречу с девушкой, которую зовут Ла-Вия. Сейчас она в одной из темниц. Наверняка вы её видели, когда шли сюда. Или нет?
— Видел.
— Хорошо. — Дознаватель выдвинул один из ящиков, вынул оттуда белую тряпочку, в которой явно что-то лежало. Затем он развернул её и поставил на стол пузырёк с синей жидкостью. — Вам знаком этот предмет?
Ну и ну. Если не ошибаюсь, это тот самый, который был у Ла-Вии. И когда они всё успели? Странное чувство охватило меня, словно что-то незаметное, но важное ускользнуло.
— Припоминаю. Вроде бы знаком.
— Где и когда вы видели этот предмет?
Вот уж не думал, что про это вообще кто-то станет спрашивать. Я же не упоминал никакие жидкости, просто рассказал, что был массаж, не более того. В памяти всплыли тёплые прикосновения рук Ла-Вии, аромат масла, немного терпкий, но успокаивающий. Сложно поверить, что всё это может оказаться частью какого-то плана.
— Когда Ла-Вия делала мне массаж. Среди других жидкостей была и эта. Но я могу ошибаться. Это же не вчера было.
— Вы не ошибаетесь. Этот предмет действительно был у неё. Она опрометчиво выбросила его, оставив следы.
— И что же в нём такого особенного? Яд?
