Гарри Поттер и Философский камень полностью

– Ш-Ш-Ш! – снова зашипел Хагрид. – Слушьте – забегайте ко мне попозже. Не обещаю, что всё расскажу, только нечего на каждом шагу болтать, ученикам про это знать не положено. Подумают ещё, что я проболтался…

– Тогда до встречи, – сказал Гарри.

Хагрид, шаркая, удалился.

– А что это он там прятал? – задумчиво произнесла Гермиона.

– Думаешь, что-нибудь про камень?

– Пойду-ка взгляну, в каком разделе он копался. – Рон был только рад отвлечься от учебы. Он вернулся через минуту со стопкой книг и кучей свалил их на стол. – Драконы! – шёпотом воскликнул он. – Хагрид читал про драконов! Только посмотрите: «Породы драконов Великобритании и Ирландии», «От яйца до чудовища», «Справочник драконовода».

– Хагрид всегда хотел дракона – сам мне признался, в первую же встречу, – вспомнил Гарри.

– Но это же противозаконно, – сказал Рон. – Разведение драконов запрещено Колдовской Конвенцией 1709 года, это всем известно. Как колдунам скрываться от маглов, если они будут держать у себя во дворе драконов? А кроме того, их невозможно приручить, они опасны. Видели бы вы, какие у Чарли ожоги от диких румынских!

– Но в Британии ведь нет диких драконов? – спросил Гарри.

– Конечно, есть, – ответил Рон. – Обыкновенные валлийские зелёные и гебридианские чёрные. Вот министерству магии забота. Колдуны то и дело стирают память маглам, которые видели драконов.

– Что же такое задумал Хагрид? – нахмурилась Гермиона.

Подойдя к хижине час спустя, они с удивлением обнаружили, что окна плотно занавешены. Хагрид сначала крикнул:

– Кто там? – а уж потом впустил их и быстро захлопнул дверь.

Внутри стояла духота. Несмотря на теплую погоду, в очаге полыхал огонь. Хагрид заварил чай и предложил гостям бутерброды с мясом горностая, от которых они отказались.

– Ну, чего спросить-то хотели?

Не было смысла ходить вокруг да около. И Гарри спросил:

– Можешь сказать, кто или что, кроме Пушка, охраняет философский камень?

Хагрид нахмурился.

– Яс’дело, не могу, – отрезал он. – Во-первых, сам не знаю. А вы и так уже шибко умные, так что и мог бы – не сказал. Раз камень здесь, значит, надо. Его чуть не украли из «Гринготтса» – ну, да это вы скумекали и сами. Ума не приложу, как вы про Пушка выведали.

– Ой, Хагрид, перестань – нам ты, может, и не хочешь говорить, но сам всё прекрасно знаешь. Здесь же ничего не происходит без твоего ведома, – ласково и вкрадчиво произнесла Гермиона. Борода Хагрида дёрнулась – он улыбнулся. – Нам скорее интересно, кто организовал охрану, – продолжала Гермиона. – Кому, кроме тебя, доверяет Дамблдор?

От этих слов Хагрид гордо выпятил грудь. Гарри и Рон восхищённо посмотрели на Гермиону.

– Ну, это… Небось не страшно, ежели я скажу… Дайте-ка вспомнить… У меня Пушка взял… Потом учителя заклятия наложили… Профессор Спарж… профессор Флитвик… профессор Макгонаголл… – Хагрид загибал пальцы, – профессор Страунс… Ну и сам Дамблдор тоже, яс’дело, руку приложил. Погодь, кого-то запамятовал… Ах да, профессор Снейп.

– Снейп?

– Ага. Вы опять за старое? Слушайте, Снейп защищал камень, на кой ему этот камень красть?

Гарри знал: Рон и Гермиона думают о том же, что и он. Если Снейп обеспечивал защиту камня, ему ничего не стоило выяснить, какие заклятья наложили остальные учителя. Возможно, он уже все их знает – кроме, похоже, заклятия Страунса и что делать с Пушком.

– Ты ведь один знаешь, как пройти мимо Пушка, Хагрид? – тревожно спросил Гарри. – И никому не скажешь, да? Даже учителям?

– Ни-ни, ни единой живой душе! Только мы с Дамблдором знаем.

– Хоть что-то, – тихо сказал Гарри друзьям. – Хагрид, можно открыть окно? Я уже закипаю.

– Нельзя, Гарри, извини, – отказал Хагрид и бросил взгляд в очаг.

Гарри тоже посмотрел.

– Хагрид! Что это?

Но он уже и так догадался. Посреди очага, под чайником, лежало громадное чёрное яйцо.

– А-а… – промолвил Хагрид, беспокойно теребя бороду. – Это… Э-э-э…

– Где ты его взял, Хагрид? – Рон присел на корточки у огня, чтобы получше рассмотреть яйцо. – Оно же стоит целое состояние!

– Выиграл, – похвастался Хагрид. – Давеча в деревне. Пошёл пропустить пару кубков, ну и перебросился в картишки с одним типом. А он, по-моему, и рад был его с рук сбыть.

– Что ты с ним будешь делать, когда он вылупится? – спросила Гермиона.

– Ну, я тут это… порылся в книжках… – Хагрид вытянул из-под подушки здоровенный том. – В библиотеке взял. «Выращивание драконов для выгоды и удовольствия» – устарела, конечно, но все сведенья есть. И что яйцо надо держать в огне – потому что мамки на них дышат, понимаете? – и что, как вылупится, раз в полчаса давать ведро бренди с цыплячьей кровью. А тут вот – как определять породу по яйцу. У меня норвежский зубцеспин! Редкость, вот так вот.

Он был страшно доволен собой, но Гермиона не разделяла его радости.

– Хагрид, ты живёшь в деревянном доме, – напомнила она.

Но тот не слушал. Он весело что-то мурлыкал, вороша угли.

Таким образом, прибавилось новое беспокойство: как бы не узнали, что Хагрид держит у себя запрещённого дракона.

– Интересно, какая она бывает, спокойная жизнь? – вздохнул Рон.