СКОРПИУС: Тебе придется. Ты думаешь, что можешь игнорировать всё, что случилось? Мир спятил, ты этого не заметил?
АЛЬБУС: Я в курсе, хорошо? Рон стал странным, Гермиона профессор, это неправильно, но…
СКОРПИУС: И Роуз больше нет.
АЛЬБУС: Я знаю. Послушай. Я не понимаю всего, но ты не должен быть здесь.
СКОРПИУС: Из-за того, что мы натворили, Роуз даже не родилась. Помнишь Рождественский бал на Турнире? Все четыре чемпиона выбрали себе партнеров. Твой папа выбрал Парвати Патил, Виктор Крум взял…
АЛЬБУС: Гермиону. И Рон начал ревновать и вести себя как дурак.
СКОРПИУС: Нет. Не стал. Я нашел писанину Риты Скитер об этом. Все было по-другому, Рон взял Гермиону на бал.
АЛЬБУС: Что?
ПОЛЛИ ЧАПМАН: Тттсссс!
СКОРПИУС: Как друга. И они танцевали как друзья, всё было очень мило, а затем он танцевал с Падмой Патил, и все было ещё милее, и затем они стали встречаться, и он изменился, они поженились, а Гермиона тем временем стала…
АЛЬБУС: …психопаткой.
СКОРПИУС: Гермиона должна была идти на бал с Крумом. Почему же не пошла? Потому что заметила двух странных мальчиков с Дурмстранга, которых она встретила во время первого задания и поняла, что они как-то связаны с исчезновением палочки Седрика. Она решила, что мы, по велению Виктора, подложили Седрику свинью в первом задании…
АЛЬБУС: Нда..
СКОРПИУС: А без Крама Рон не стал её ревновать, а ревность была столь важна, так что Рон и Гермиона остались хорошими друзьями, но никогда не влюблялись, не женились, и Роуз не родилась.
АЛЬБУС: Так вот почему папа тоже изменился?
СКОРПИУС: Я уверен, что твой папа точно такой же. Глава департамента Магического Правопорядка. Женат на Джинни. Трое детей.
АЛЬБУС: Тогда почему он теперь такой…
СКОРПИУС: Ты вообще слышишь меня, Альбус? Это намного масштабнее, чем ты и твой папа. Закон Крокера: самый крайний срок, чтобы вернуться в прошлое и не изменить его слишком сильно — пять часов. Мы вернулись назад на годы. Малейшее действие, малейший шанс, и всё путается. А мы создали очень много путаницы. Роуз никогда не рождалась из-за нас. Роуз….
БИБЛИОТЕКАРЬ: Тттсссс!
АЛЬБУС: Отлично, давай вернемся и всё исправим. Вернем и Седрика, и Роуз назад.
СКОРПИУС: …это неправильный ответ.
АЛЬБУС: У тебя все еще есть Маховик Времени, так? Никто его не нашел?
СКОРПИУС: Да, но…
Нет. Не надо… Альбус. Ты понимаешь, насколько плохие вещи могут произойти?
АЛЬБУС: Нам нужно все исправить, Скорпиус. Седрика всё еще надо спасти. И Роуз вернуть. Нам надо быть более осторожными. Чего бы там Крокер не говорил, доверься мне, доверься нам. В этот раз мы-то уж все исправим.
СКОРПИУС: Нет. Не исправим. Отдай Маховик, Альбус! Отдай!
АЛЬБУС: Не могу. Это очень важно.
СКОРПИУС: Да, это важно — для нас. Но мы плохи в этом деле. Мы всё испортим.
АЛЬБУС: Кто сказал, что мы всё испортим?
СКОРПИУС: Я говорю. Потому что мы только этим и занимаемся. Портим всё. Мы проигрываем. Мы неудачники, настоящие и неподдельные. Ты что, этого еще не понял?
АЛЬБУС: Ну, я был неудачником до встречи с тобой.
СКОРПИУС: Альбус, что бы ты там ни хотел доказать своему папе, это неправильно…
АЛЬБУС: Мне нечего ему доказывать. Мы должны спасти Седрика и спасти Роуз. И, может быть, если перестанешь мешать мне, я всё сделаю правильно.
СКОРПИУС: Мешать тебе? Ах, бедный Альбус Поттер. С его вечной неполноценностью. Бедняжка Альбус Поттер. Как это грустно.
АЛЬБУС: Что ты сказал?
СКОРПИУС (раздражающе) Поставь себя на мое место! Люди смотрят на тебя, потому что твой отец — знаменитый Гарри Поттер, спаситель всего магического мира. Люди смотрят на меня, потому что думают, что мой отец — Волан-де-Морт. Волан-де-Морт!
АЛЬБУС: Даже не…
СКОРПИУС: Можешь хоть немного представить, каково это? Хотя бы попытаться? Нет. Потому что ты не видишь дальше своего носа. Потому что ты не можешь представить себя что-то кроме твоих дурацких споров с отцом. Он всегда будет Гарри Поттером, ты в курсе? А ты всегда будешь его сыном. Я знаю, что это сложно, и остальные дети ужасны, но ты научишься жить с этим, потому что есть вещи и похуже, окей?
Когда я понял, что время изменилось, я был так взволнован. Я думал, может, моя мама не болела и она жива. Но нет, она мертва. И я всё еще ребенок Волан-де-Морта, без матери, отдающий все парню, который не дает ничего взамен. Так что извини, если я разрушил твою жизнь, потому что ты не сможешь разрушить мою — она и так разрушена. Ты просто не сделаешь её лучше. Потому что ты ужасный — самый ужасный — друг.
