— Конечно, твоя зависть была лишь побочным эффектом зелий. Видишь ли, они, а точнее Джинни, сделала большую партию зелья ревности и разделила её на одинаковые дозы. Однако она не учла разницу в весе. Поэтому твои проявления были более резкими и эмоциональными, к тому же они порой накладывались на менструальный цикл, давая ещё более яркий эффект. При одной мысли об этой книге у тебя начинала бурлить кровь.
— Но... я... — растерянно пробормотала Гермиона, силясь понять, почему ничего этого не заметила.
— Эх, столько подводила к этому каламбуру, а никто из вас и смешка не издал.
16/821
Бурление крови... менструация... — вздохнула Миранда. — А, неважно. Твоя, Гарри, девушка, и твой, Гермиона, будущий парень опоили вас зельем ревности, и когда они порвали с тогдашними партнёрами, вы, естественно, заинтересовались ими. Иначе зачем было ревновать?
— Но... Рон ведь всегда нам помогал, — настаивала Гермиона.
— Да? — ухмыльнулась Миранда. — Расскажешь об этих случаях?
— Несколько месяцев назад он спас мне жизнь, — резко вклинился Гарри. — Не дал мне утонуть в том пруду.
— Точно, — согласилась Миранда. — Ух ты, он прыгнул в пруд с ВОДОЙ и вытащил тебя, — богиня пару раз задумчиво топнула ногой. — Не слишком-то он рисковал своей жизнью. Вода, конечно, была холодной, но что ещё он сделал? Может, сразился с каким-нибудь монстром? Ах да, он срезал у тебя с шеи медальон. И за этот невероятный героизм, — слова Миранды сочились сарказмом, — вы немедленно его простили, хотя он провёл месяцы в тепле и сытости в доме своего брата, пока вы двое страдали от голода и холода.
— А случай с троллем? — спросила Гермиона.
— Для начала, его пришлось практически тащить тебе на помощь, — ответила Миранда. — И потом, будучи в туалете, он отходил от двери дальше чем на пять футов?
— Ну, вроде нет, но...
— Вот именно. Если бы тот тролль сделал хоть шаг в его направлении, он бы сбежал в мгновение ока.
— Когда мы шли за камнем, он пожертвовал собой в игре в шахматы, — припомнила ещё один случай Гермиона.
— Правда? Вспомни ту игру. Разве чёрные фигуры погибали? Их просто стаскивали с доски и складывали вдоль стены. Рон это знал, он всю жизнь играл в волшебные шахматы. Так что было ли это самопожертвование, или просто способ выбыть из вашего похода? Кто-нибудь из вас его проверил?
— Он был без сознания, когда я вернулась, — возразила Гермиона.
— Раны? Кровь? Может, хоть шишка на голове?
— Нет, — признала девушка, поразмыслив. — И мадам Помфри тоже ничего не нашла. Но... у меня ушло некоторое время, чтобы его разбудить.
— Расскажу тебе по секрету — он притворялся. Он боялся, что ты вернулась, чтобы убедить его идти за вами. Он 'проснулся' только после того, как ты упомянула, что идёшь за помощью.
— ЧТО?! — вскричала Гермиона. — Это могло стоить Гарри жизни!
— Да, могло. И ты бы лишилась своего партнёра по душе, а мир — Избранного.
17/821
Миранда посмотрела на Гарри:
— И раз уж мы говорим о первом курсе: ты помнишь, что Рон увидел в зеркале Еиналеж?
— Себя в роли старосты школы и капитана сборной по квиддичу, — ответил Гарри, припомнив ту ночь, когда они с Роном ходили к зеркалу.
— И многое ли за прошедшие годы он сделал для того, чтобы исполнить свои сокровенные желания? Полагаю, о квиддиче он разглагольствовал достаточно, но открыл ли он хоть одну лишнюю книгу? А став старостой, выполнял ли он свою работу достаточно прилежно, чтобы стать старостой школы?
— Ну, наверное нет.
— Однако он критиковал тех, кто старался стать лучше, ту же Гермиону, верно? Пытался выглядеть лучше, делая вид, что окружающие хуже него. К несчастью, это отразилось и на тебе, Гарри.
Гарри открыл рот, собираясь ответить, но понял, что возразить ему нечего.
— Ты знаешь, что ваша с ним дружба была подстроена? — спросила Миранда.
— О чём вы?
— Помнишь, как ты впервые встретил семью Уизли?
— На станции. Я не знал, как попасть на платформу, и миссис Уизли помогла мне, когда я её спросил.
— Но откуда ты узнал, что можешь её спросить?
— Я услышал, как она упоминает маглов, а Хагрид говорил, что это слово употребляют волшебники. Она говорила, что не помнит номер платформы, и Джинни сказала, что девять и три четверти.
Гермиона прижала ладонь к губам:
— Это и было подстроено, да?
— О чём ты?
— Гарри, тебе следовало хоть раз прочитать 'Историю Хогвартса'. Поезд ВСЕГДА отходит от платформы 9 3/4, на Кингс-Кросс нет других волшебных платформ.
— И?
— И почему же Молли Уизли, уже больше восьми лет отправляющая детей в Хогвартс, забыла номер платформы? Она там бывала минимум четыре раза в году. И сама ходила в Хогвартс семь лет. Разве она могла забыть номер платформы?
— Вряд ли, — признал Гарри. — Выходит, это действительно было подстроено...
18/821
— Именно, Гарри, — кивнула Миранда.
— И все эти годы он лишь притворялся другом?
