У лорда Арнела дернулась щека, но это было единственной реакцией на сказанное.
– Далее, – продолжила весьма вызывающе, – вы предлагаете мне должность биографа рода Арнел. Простите, мне очень жаль, однако у меня научная степень в несколько иной области – я генетик.
– Вам предложить место секретаря? – с ледяной яростью, вопросил лорд Арнел.
– Благодарю, не стоит. Боюсь, ваше поместье не самое благонадежное место для работы, и ко всему прочему – в прошлый раз, вы оставили меня даже без рекомендательного письма.
– О, мне не составит труда написать его для вассс! – сдержанность дракона, судя по тону, начинала давать трещину.
– Что ж, – я улыбнулась, – в таком случае с удовольствием рассмотрю ваше предложение через два месяца. Еще лучше – через три. В идеале – никогда.
Лорд Арнел выслушал все сказанное, и учтиво поинтересовался:
– «Dazzle» перейдет в стадию необратимости через два месяца?
– Через три недели, – с самой безмятежной улыбкой ответила я.
Умение принимать удары со сдержанным достоинством поистине восхищало в градоправителе Вестернадана. Он кивнул, все так же глядя мне в глаза, и произнес лишь:
– Я учту это.
Несколько мгновений я ожидала продолжения, с нескрываемой подозрительностью взирая на дракона, однако продолжение не последовало. Не могу сказать, что его спокойствие прибавило спокойствия мне. Напротив, в душе шевельнулась стремительно нарастающая тревога и мне было чего опасаться, а потому, прибегнув ко всей имеющейся во мне сдержанности, я смягчила отказ объясняющим:
– Постарайтесь меня понять, лорд Арнел, одно дело подписать договор о найме с уважаемым почтенным профессором, который с уважением относится к моему достоинству и чести, не претендуя ни на то, ни на другое, и совершенно иное с тем, кто…
Я замолчала.
– Продолжайте, – холодно потребовал дракон.
А имеется ли смысл в продолжении?
– Полагаю, этого достаточно. Более чем достаточно, чтобы предельно четко и ясно обозначить мою позицию, – высказала я.
– Что ж, вы правы, этого более чем достаточно.
Он смотрел на меня так, что становилось ясно – будь у него шанс, Арнел стремительно покинул бы данное помещение, в стремлении охладить пыл и взять под контроль свою ярость. Но западня для меня, обернулась западней для него.
Впрочем, молчал дракон не долго.
Несколько томительных секунд и тихое:
– Есть правда, которую от вас скрыли, мисс Ваерти. И я не нахожу в себе силы, сказать вам об этом. Но поинтересуйтесь у Зверя, почему он начал охоту на вас лишь после обнаружения его логова.
Внезапно, меня охватило понимание того, что я не хочу об этом знать. Поистине, не хочу. Но лорд Арнел был не тем драконом, который разбрасывается словами.
– Exitum, – заклинание уничтожения, разнесло в клочья заклинание искажающей призмы, что позволяла градоправителю видеть меня.
Я же, повернулась к зверю, протянула ладонь, размещая на тонкой коже за ухом, вздрогнула, когда теплая сильная рука дракона накрыла мою и задала предложенный вопрос:
– Моя жизнь. Почему ты попытался отнять ее лишь трое суток назад?
И Зверь зарычал.
Глухой, полный ненависти рык, от которого содрогнулась я всем телом, но вовсе не стоящий вплотную ко мне лорд Арнел – его подобные изъявления ярости не пугали ничуть. Более того, он усилил ментальный нажим, и сознание Зверя взорвалось болью, отголосок которой ощутила даже я, а вот после…
Сумрачная гостиная, в которой тускло и неровно горят свечи, прекрасная, облаченная лишь в тонкое шелковое черное платье Лаура Энсан, мечущаяся столь нервно и взволнованное, что от порывов юбок на ее платье колыхались свечи и слова, что она произносила «Любовница Стентона, в город прибывает любовница Стентона. Как же мне это не нравится!». И рык Зверя «Убить?». Хрупкая фигурка резко останавливается, поворот, от которого взметнулись светлые волосы, и погасли некоторые свечи у стены, холодный взгляд на взращенное ею же существо и напряженное: «Полагаешь, получится? Нет. Стентон определенно натаскал свою ручную болонку до уровня зубастой волчицы. Шесть лет натаскивал. Отец всегда был весьма высокого мнения об этом драконьем выродке, а значит – нам есть чего опасаться. Наблюдай. Очень пристально наблюдай, но ввязываться в схватку не смей – эта мисс Ваерти, я уверена, та еще штучка. Иначе Стентон не выпустил бы ее из своей постели, как поступал со всеми иными. Нет, никаких прямых столкновений. У нас есть старуха Арнел, императрица и ее псина, и есть Давернетти… подкинь ему нужную информацию. Они ожидают мага-шпиона от моего отца… Что ж, подтасуй факты, пролей кофе на одно из тайных донесений, а после перескажи его „своими словами“. Давернетти доверяет Томасу Агвейдену, используй это доверие. Пусть девчонка окажется в тюрьме, и просидит там ка-ак можно дольше».
Я замерла. Потрясенная, ошеломленная, растоптанная всем, что услышала.
