— Да не может быть, — скрестив бледные руки, Фося пыталась усесться на диване, пока ее подталкивал то Шараф, то его хвост, не редко заезжающий по лицу и голове. — Ты бы видела, как он скуксился, когда мы пришли с пустыми руками, — пихнув голубой хвост в сторону, ее наконец толкнули к борту, у которого она и осталась, оперевшись на подлокотник. — Он прямо морду повесил!
— Прошу прощения, — Шараф присел посередке.
— Зачем же вы пришли с пустыми руками? — Эрс потянулась в сторону Фоси.
— А мы… — и голубая морда чуть не ударила Эрс по лицу, развернувшись. Замерев и осторожно потрогав конец мордочки, убедившись, что нос на месте, Сентар смущенно прошипел: — Исвини.
Фося потянулась к Эрс, закончив за него объяснения:
— А мы хотели статую подешевле найти.
Собеседница только покачала головой.
— Но главное не это, — и с шорохом, Фоська вновь откинулась на спинку и пробежавшись взглядом по накрытому столу, отыскала пиалу, на которой лежали те самые «головы с мозгами». Схватив одну, она принялась жевать. — важно, что теперь то мы точно получим настоящую историю, а затем и кранты истории с пожарами.
— Да, но что, если бы я не притащила вам этой статую? — Эрс снова потянулась к ней.
— Но ты же принесла ее.
— Никто не подумал о том, что я сама волокла эту глыбу мрамора по всей ярмарке, промахиваясь проходами?
— Ну прости, — Фося только развела руками, хватая из пиалы новую «отрубленную голову».
— А как ты вообще смогла упросить ее отдать Агран? — высунулся Шараф.
Девушка только отмахнулась, прошептав:
— Это долгая история.
В тишине послышалось знакомое поклацывание. С лестницы спускалась Скайр, за ней Скарнар и Айкра. Все время они пытались уговорить Айкру принять участие в прощальной трапезе и видимо долг гостеприимства возымел должное действие, проводив ее из спальни к гостям, заставив забыть ненависть и обиды, что в присутствии гостей считались сущим пустяком.
Устроившись на диване и поборов привычку к кальяну, Скарнар разложил крылья с лапами на спинке дивана. Скайр присела поближе, прижавшись к черному плечу. Айкра возложила лапу на подлокотник, подперев мордочку.
— Что ше, — начал Кейв. — вы выполнили свою часть уговора, теперь моя очередь. Много ли вы снаете о драконах?
Путешественники молчали. Эрс понимала, что ее знаний было бы слишком мало.
— Ну што ш. Мы снаем драконов как могущественных существ и приснаем их таковыми, но не кашдый понимает, как они шивут. Эти существа любят порядок, как в собственном слате, так и в общей иерархии. Они сосдали для себя что-то напоминающее наше королевство. Выбрали лидера и долгие века шили под контролем передающейся ис поколения в поколение власти…
Далеко в горах расположилось огромное племя. Кому-то эта власть нравилась, меньшинство посещали мысли о свержении, но никто еще не воплощал столь смелые мысли в жизнь, до момента, пока не возник конфликт. Люди стали писать сказки о драконах, где они представали в роле тиранов и унизительно мерзких существ, губящих народ. Драконы понимали, как это скажется на народе, но пока угрозы не было, волноваться им было нечего. Люди медленно менялись. Они испытывали к ним ненависть и не считали себе равными. За прошедшие века правящий король умер, оставив народу двух братьев. Старший Алок Аус вступил на трон. Вскоре нашел себе супругу и представил народу нового наследника.
За все то время люди поменяли свое мнение о драконах и причислив их к животным, посягали на их территорию. Они вырывали из драконьих гор ресурсы, не собирались покидать эти края и при каждом появлении нового дракона, готовили арбалет. Король не готов был заниматься столь мелкими делами. Алок Аус, не слушая королевы, отговаривающей его от идей, решился вернуть людям зло, принесенное в его народ, в двойном объеме.
