И даже уверенно-снисходительный Уллокрафт неуловимо изменился в лице и попятился, выставив посох перед собой.
– Я требую справедливости!!! – громогласно взывала тень ко всем заинтересованным лицам. – Верните мне мои деньги!!! Верните мне мои волосы!!!
– К-кто вы? – тыл мага уперся, наконец, в передний край стола и дальнейшее отступление стало невозможным.
– Мастер Уллокрафт!.. – остановило продвижение и горестно всхлипнуло чудовище. – Это же я!.. я, Жюли!
– Ч-что?..
Других слов у ректора не нашлось, и Сенька его не винила.
– Да не что, а кто! – обиженно швыркнула невидимым носом, если он у нее был, Жюли. – Старшая прачка нашей школы!
– Ж-ж-ж-ж-ж?.. Ж-ж-жюли?..
– Да, это я! И я требую немедленного восстановления моей красоты и получения компенсации вреда морального ущерба! И наказания этого монстра!
– Какого… монстра? – ректор опасливо поискал глазами, но, кроме существа, именующего себя старшей прачкой, других монстров в кабинете своем не нашел.
– Вот этого!!! – визгливо выкрикнула прячущаяся под жуткой личиной женщина, дернулась, словно вытаскивала из воды большущую рыбину, и из приемной вылетел и предстал перед ошарашенным ректором долговязый молодой человек с почти воздушной нечесаной бороденкой – близняшкой Олафовой, буйной светлой шевелюрой до плеч и в мешковатом поношенном балахоне школяра.
Оказавшись в центре внимания, он сразу принял позу оскорбленной невинности в изгнании – руки скрещены на груди, голова склонена на бок, борода вздернута к потолку, нижняя губа выпячена как щит.
– Я все сделал, как она сама хотела! – выпалил припертый к животу ректора студент, не дожидаясь формального обвинения и прочих ласковых слов, начавших формироваться на уме и языке Уллокрафта сразу, как только он узнал обвиняемого.
– Ах ты, обалдуй!!!.. – возопила Жюли.
– Профанка! Невежа! – не остался в долгу школяр.
– Двоечник!!!
– Темнота некультурная! Сама не знаешь, чего хочешь!
– Балбес бестолковый!!!
– Нет, вы только поглядите на нее, господин ректор: сначала она требует с меня, чтобы у нее волосы были живые, густые и объемные, а потом, когда всё получила, как заказывала, сама же еще и недовольна! Ну вот что они, по-твоему, не густые? Не объемные? Не живые?!
– Живые!!! – взвыла прачка. – И шевелятся!!!
– Так и должно быть! Они же живые!
– Неумеха безрукая!!!..
– Да если хочешь знать, я десять дней возился с этим зельем как проклятый, все штаны в библиотеке просидел, охрип, пока заклинание как надо вытвердил, а от крапивы сам крапивницей покрылся, вот!..
И то ли в качестве свидетельства своей умелости рукастой, или для выдавливания слезы у кого-нибудь случайно оказавшегося здесь сердобольного,[12] студент закатал левый рукав и предъявил на всеобщее обозрение крошечное красное пятнышко в районе локтя.
– И вообще!.. Я – боевой маг!!! Явление… сущность… то есть, существо… уникальное… как личность… в профессиональном аспекте! А она… – драматический жест в сторону пострадавшей, – захотела всего за десять медных кронингов…
– Так ты с нее за это еще и деньги взял?! – голос Уллокрафта в наступившей внезапно тишине прозвучал как щелчок отпускаемого предохранителя арбалета.
– Я… я…
Выдавший сам себя с головой школяр прикусил язык, быстро втянул голову в плечи, опустил очи долу, будто стремясь разглядеть что-то чрезвычайно интересное и важное двумя этажами ниже в подвале, но было поздно.
Если на случайные жертвы неуклюжих школярских заклинаний и зелий педсостав школы смотрел сквозь пальцы, то на попытки учеников заработать на этих жертвах хотя бы медную монетку закрывать глаза никто не собирался.[13]
– Ты с нее взял деньги?! – арбалет выстрелил.
Разъяренный ректор, казалось, вырос на полметра и с видом гиперпотама перед кроликом навис над школяром, съежившимся в нафаршированный дурными предчувствиями комочек.
– Взял, ваше премудрие, взял!!! – фурией подскочила к своему мучителю Жюли.
– Ну всё, друг любезный… – Уллокрафт выпустил пар сквозь стиснутые зубы. – Терпение мое истекло. С сегодняшнего дня. Ты. Отправляешься. В подсобное хозяйство. В Малые Кошаки. На сельхозработы. На полтора месяца!!!
– Но учеба?.. Сессия?.. – слабо и безнадежно пискнул любезный друг.
– Вместо летних каникул!!!
– Но…
– Или ты предпочитаешь, чтобы тебя сразу отчислили? – вкрадчиво поинтересовался маг.
Школяр странно вздрогнул и поспешил спрятать изменившееся выражение лица за спутанной занавесью волос. Уллокрафт фыркнул, рыкнул, грохнул посохом об ковер, и разъяренно отвернулся.
– Палочку волшебную сдать!
Без дальнейших дискуссий и возражений провинившийся извлек из-за пояса заткнутое на манер кинжала орудие студента и молча протянул ректору.
– Свободен! Выбываешь через полчаса!
– А обед?!..
– Сухим пайком!
– А компо…
– Что-о-о?!
– Понял… Компот вреден для здоровья зубов… – кисло пробормотал школяр, развернулся и, бросив на прощанье оскорбленный взгляд на рыдающую на мягкой ректоровой груди старшую прачку, почти не видимую из-под шевелюры своей мечты, уныло потащился в приемную.
– И вы тоже до свиданья! – раздраженно махнул рукой Уллокрафт. – Аудиенция окончена!
