Чиа протянула ладонь. Её ноги в резиновых сапогах дрожали от напряжения. Она почувствовала на ладони мягкую нежную волшебную пыльцу.
– Папа?
– Да?
– Как ты думаешь, Виола может когда-нибудь стать хорошей? Действительно сама захотеть измениться?
– Думаю, может.
– О боже! Ты же не будешь использовать эту пыльцу, чтобы снова спасти Виолу? – возмутился Пип.
Чиа улыбнулась и покачала головой. В этот раз она позаботится прежде о себе. Девочка понимала, что её много раз обманывали. Но в глубине души не перестала верить в свою сестру-близнеца.
Теперь к ней вернулись все воспоминания. Она вспомнила, как Виола собиралась посыпать её волшебной пыльцой, чтобы заставить всё забыть. Забыть, что сестра украла у неё зрение. Забыть, что отец всё ещё жив. Забыть, что сама Виола злая и коварная, что она разрушила их семью. Перед тем как Виола бросила в Чиа горсть волшебной пыльцы, та призывала её одуматься. И Виола тогда засомневалась. Она остановилась и будто бы растерялась. Заглянув сестре в глаза, Чиа поняла, что на самом деле та не хочет совершать задуманное злодеяние.
Это обрадовало Чиа. Но главное, вселило в неё веру, что однажды сестра действительно сможет спастись. Чиа поняла теперь, что спасать Виолу – больше не её дело.
– Нет. Я просто мысленно пожелала ей добра. Только это я и могу.
Чиа закрыла глаза и посыпала вокруг себя волшебную пыльцу. Чего ей пожелать? Свободы? Счастья? Оказаться далеко-далеко от рудника? Спасти маму? Друзей?
Это желание должно касаться только её.
– Желаю вернуть себе крылья. Желаю снова стать собой!
Чиа по-прежнему стояла с закрытыми глазами. Маленький-премаленький комочек вины подступил к горлу, но девочка решительно сглотнула его. Она не будет на это раз чувствовать себя виноватой. Нисколько. Сейчас Чиа очень хотела получить крылья и снова стать феей. И была рада, что загадала самое правильное желание.
Сначала она увидела яркую вспышку справа. Потом слева. Между лопатками распространилось чувство жжения. Свежий ветерок обдул лицо.
– Получилось? – спросила девочка, боясь открыть глаза.
– Посмотри сама! – ответил отец, хлопнув в ладоши.
Чиа медленно открыла глаза, как медведь после зимней спячки. Один глаз, потом другой. Она видит! Зрение вернулось! Девочка увидела отца, Пипа и Клэриэль. Клэриэль была размером со взрослого человека. Она радостно хлопала крыльями, приветствуя Чиа.
И позади неё тоже что-то хлопало. Чиа оглянулась через плечо и открыла глаза ещё шире. Неужели это правда? У неё на спиной простирались необычайной красоты вишнёвые крылья с золотой каймой величиной во весь её рост. Девочка задержала дыхание и сосредоточилась на них. Она представила, как крылья поднимают её. И они подняли. Они подняли её над всеми остальными. У неё на самом деле были крылья!
– Я скоро, – крикнула Чиа. Наконец, она ни о чём, кроме себя, не думала.
Девочка представила, как мчится сквозь шахты. И крылья понесли её, послушные повелению. Она представила, что летит быстрее. И помчалась как ветер. Пролетела через все закоулки шахт. Пронеслась над Хитченсом, который сторожил вход, и строем солдат снаружи. Девочка летела так быстро, что они её даже не заметили.
И вот, она оказалась снаружи. Впервые на свободе. Чиа взмыла в небо, приостановилась при виде особо пушистого белого облачка. Она была очень взволнована не только оттого, что поднялась так высоко, но и от вида внизу. Теперь она могла оценить всю картину.
Чиа тяжело вздохнула, когда увидела, что шахты находятся рядом с замком Присциллы. Должно быть, они располагались прямо под Лавандовыми холмами. Знала ли об этом мама, выбирая место для жизни? Может, она всё это время охраняла рудник? От жадных людей вроде Присциллы?
Слёзы выступили на глазах у Чиа. Крылья замедлили взмахи, и она опустилась чуть ниже. Вот её дом. Она любила его. Теперь он был разрушен. Его попросту сровняли с землёй. Чиа вытерла лицо. Ей надо сосредоточиться. Надо держать эмоции при себе. Надо решить, что делать дальше.
На этот раз она так легко не сдастся. Теперь она не предаст себя, но и не будет думать только о себе. Есть третий способ, который она узнала. Позаботиться о себе. Надо делать то, что правильно для себя. Она поняла точно, что ей нужно покинуть это место навсегда. Ей нужно было выбраться отсюда. Подальше от Присциллы. Подальше от Виолы.
Чиа закрыла глаза и задумалась над тем, каким ещё волшебством она обладала. Она подумала о своих друзьях – Артемии, мисс Роберте, Джереми, Хайди, Роберте и его козах. Подумала о своей маме. Лилли-Пилли-Лейн, 66. Ей хотя бы надо было знать, что с ними всё хорошо, прежде, чем она исчезнет.
Чиа опустилась на большую поляну, где в последний раз видела друзей, и спряталась в спутанных ветвях очень большого дерева. Сначала она подумала, что это, вероятно, Артемий, но на стволе не было бересты. А на ветвях росли жёлуди. Голоса снизу заставили её притихнуть. Девочка незаметно сложила крылья за спиной, чтобы её не было слышно и видно и стала слушать.
– Я ничего не делала, клянусь, – раздался снизу голос Виолы.
