– Я отлично обойдусь без нее. В такую погоду лучше займусь чем-нибудь дома. Ну а кроме того, если мне вдруг что-нибудь понадобится, я всегда могу попросить миссис Камерон подкинуть меня до Дира.
Дуглас дотронулся до щеки Виви – жест, без лишних слов говоривший о его признательности. Он немного задержал руку, тем самым заставив Виви покраснеть, а затем кивнул в сторону картинной галереи:
– Кстати, ты звонила Сюзанне? – Дугласа явно умилил почти девичий румянец на лице жены.
– Нет, пока еще не успела.
– А может, пригласишь ее к нам? Сегодня вполне подходящий день. Дождь и все такое. Сомневаюсь, что у нее будет наплыв покупателей.
– Ой, тут никогда не угадаешь! Возможно, завтра. – Она заглянула ему в глаза. – Но по-моему, позвонить все же лучше тебе. Ей будет приятнее, если инициативу проявишь ты.
Он надел шляпу и потянулся обнять Виви. Она почувствовала его руки у себя на талии, уютную надежность его широкой груди и сама удивилась тому, что может быть так неприлично счастлива именно сейчас, когда ее жизнь уже клонится к закату.
– Ты правда замечательная женщина, Виви Фэрли-Халм, – прошептал он ей на ухо, сделав акцент на слове «правда», словно Виви была единственной, кто в этом сомневался.
– Ну ладно, ступай. – Виви распахнула входную дверь, и плитки пола мгновенно потемнели от дождя. – А не то Бен опять исчезнет и тебе придется целый час его разыскивать. Он еще после завтрака куда-то намыливался.
К обеду дождь уже успел всем порядком надоесть. Даже тех, кто плакался по поводу страждущих влаги садов или угнетающей жары, уже начали утомлять бесконечные потоки воды. Ну прямо-таки тропический ливень, говорили немногочисленные посетители магазина Сюзанны, глядя на грязно-серые небеса и блестящие от воды мостовые.
– Однажды я попала в Гонконг во время сезона дождей, – сказала Сюзанне миссис Крик, уже успевшая откушать камбалы и вареного картофеля в Пятничном ланч-клубе для пенсионеров. – (Ресторанная кухня! По ценам кафе!) – Лило как из ведра, вода по щиколотку. Я испортила туфли, напрочь. И даже решила, что это тамошний способ выставить нас на деньги.
– Что? – Сюзанна оставила безуспешные попытки хоть чем-то заняться и просто смотрела из окна на плотную стену дождя.
– Ну, это же отличный способ заставить нас купить побольше туфель, ведь так?
– Что? Вызывать дождь? – Округлив глаза, Сюзанна выразительно посмотрела на Джесси.
– Что за глупости, моя дорогая! Это же полнейший абсурд! Нет, я говорю об отсутствии ливневой канализации. Чтобы уходила вода.
Сюзанна с трудом оторвалась от окна и попыталась уловить суть разговора. Если ты будешь гипнотизировать взглядом чайник, он никогда не закипит, в свое время говорила ей мама. Однако это не помешало Сюзанне высматривать гибкую темную фигуру, уже успевшую стать хорошо знакомой, по крайней мере по воспоминаниям. Фигуру человека, который сегодня решительно отказывался попадаться ей на глаза. Нет, я не должна о нем думать, уговаривала себя Сюзанна, наверное, уже в тридцатый раз за сегодняшний день.
Сюзанна заставила себя вернуться в уют своего магазина, с тихой джазовой музыкой и приглушенной болтовней сидевших в углу посетительниц; для них дождь стал отличным предлогом, чтобы наговориться всласть. Миссис Крик, что-то бормоча себе под нос, склонилась над ящиком со старинными тканями, причем она не ленилась каждую разворачивать, дабы исследовать на наличие дырочек и выдернутых ниток. Какая-то молодая парочка рылась в коробке с викторианскими бусами и украшениями в стиле ар-деко, к которым Сюзанна так и не собралась прикрепить ценники. Именно в такой дождь ее магазин становился неким подобием пещеры Аладдина, яркой и сверкающей на фоне серой булыжной мостовой, что давало Сюзанне возможность представить, будто она сейчас где-то в совсем другом месте. Однако сегодня Сюзанну одолело странное беспокойство, словно ветер принес со стороны Северного моря не только свинцовые тучи, но и смутную тревогу, просочившуюся в магазин.
Сюзанна бросила взгляд на Джесси, которая уже не меньше получаса писала ценники для разноцветных букв из плексигласа, хотя в этом не было никакой необходимости, поскольку можно было просто написать на коробке: «75 пенсов каждая».
И только сейчас Сюзанна обратила внимание, что Джесси за все утро практически не проронила ни слова. С тех пор как Джесси вышла на работу после того случая, она была сама не своя: не то чтобы подавленная, но слишком рассеянная, она даже не сразу реагировала на шутки, на которые в свое время была большой мастерицей. Джесси, казалось, напрочь забыла о Лилиане с Артуро, а Сюзанна за делами тоже выпустила эту историю из головы. Да, синяки и ссадины рано или поздно заживают, глядя на Джесси, думала Сюзанна, но вот душевные раны затягиваются куда дольше.
