Получается еще одна бесконечная цепочка миров и только первый из них реален. Поскольку же невозможно определить в каком месте этой цепи находится наш мир, то вероятность того, что он виртуален, бесконечно велика и, наоборот. Вероятность того, что наш мир материален, бесконечно мала.
В комнате повисло молчание. Хотя для остальных предмет разговора был неинтересен и непонятен, смена выражений лица программиста, вызвала у них беспокойство. Они напряглись, пытаясь переварить услышанное. И в школе, и в институте им говорили совсем другое.
– Так, что же, Павел Сергеевич, – через некоторое время, подала голос Кристина, – вы утверждаете, что нас создал какой-то раздолбай – «борделестроитель» и командует нами?
– Я ничего не утверждаю, Кристина Васильевна, избави бог. Мы лишь провели некий простенький расчет вероятности тех или иных событий. Надеюсь, вы ничего не имеете против математики?
Это, во-первых. Во-вторых, почему именно «борделестроитель»? Может быть он хотел развлечься каким-нибудь другим образом – сыграть в шахматы, например, а партнеров не было. А может нужно было рассчитать нагрузку на крыло самолета, а делать это самому было лень. Вот он и создал наш мир, чтобы тот, в свою очередь, произвел инженера для его расчетов.
Вот Алла Владимировна просила автоматизировать составление квартального отчета. Я думаю, мы ей поможем. Через пару месяцев его будет делать виртуальный бухгалтер, «внутри» самого вашего борделя. Алла Владимировна освободится и сможет возглавить что-нибудь вроде отдела «Сексуальных фантазий».
Уверен, это положительно скажется на доходах вашей компании.
– Даже если создатель не борделестроитель, все равно не очень комфортно. – Кристина поморщилась, – знаю я этих шахматистов! Ни одного нормального не встречала. Все с прибабахом. Уж лучше простой нормальный бордельер. От него хоть знаешь, чего ожидать.
Закурив сигарету, и нервически выпустив дым в потолок, она добавила:
– Был у меня один проферансист. Страшно вспомнить!
Шефиня строго посмотрела на Кондакова, словно это он был виноват в несовершенстве мира и странностях, попадавшихся ей, мужиков. Последнее время она привыкла к мысли, что сама является кукловодом, который манипулирует попавшим в ее орбиту «рабочим материалом», имеет небольшой, но собственный мирок, которым может командовать.
Глухое раздражение к Кондакову она испытывала еще со времен учебы. Тогда она не смогла наладить «нормальные отношения», и он, вместо того чтобы трахнуть ее, как положено, под ехидные взгляды однокурсников мучил ее глупыми вопросами про хи квадрат. Теперь этот пришлый петух вновь низводил ее до того ничтожного состояния, в котором она пребывала совсем недавно!
– Я бы вообще сочла это бредом сивой кобылы, если бы у себя в комке не держала собственных девок, с не очень гуманными целями.
– Все не так плохо, Кристина Васильевна! – Успокоил ее Кондаков.
– Хотя, – задумчиво произнес он, – гораздо хуже, чем вы думаете. Вспомним, что говорит о себе Создатель: «Я есмь Первый и Последний», «Я есмь Альфа и Омега, Первый и Последний, начало и конец», «Станут последние первыми, а первые последними». Он очень мало о себе рассказывает, но эту мысль повторяет многократно, еще и еще раз. Это далеко не полный перечень.
Для забывших, напомню, что альфа это первая, а омега – последняя буква греческого алфавита.
– И что это значит?
– И первый и последний?
Кондаков замолчал, подбирая слова.
– А вот представьте хоровод. Множество людей взялись за руки и встали в круг. Кто из них первый, а кто последний? Как вы думаете? Кристина Васильевна?
– Понятия не имею. И кто же?
– Да каждый! Каждый будет и первым, и последним.
Своим посланием создатель сообщает, что цепь творений, о которой мы сейчас говорили, как бы, замкнута в круг, и он занимает в нем отнюдь не главенствующее положение.
Каждый – творец в этом «хороводе», и первый, и последний. Каждый – потомок всех прочих, и их же прародитель. Создавая умника из виртуального борделя в вашем комке, который порождает умника следующего порядка, мы тоже входим в эту бесконечную цепь творцов.
Так что этот самый создатель, которого вы недолюбливаете, Кристина Васильевна, успокаивает нас, тварей своих, извещая, что не только владеет нами, но и сам является нашим потомком, и находится в нашей власти.
Говоря по научному, он сообщает, что его положение в цепи творцов не является привилегированным, как, впрочем, и наше.
– Я вас не успокоил, Кристина Васильевна?
– Что за бред? Вы это сами придумали?
– Не совсем. Одно из главных положений христианства утверждает, что Бог един, но в трех лицах: Отца, Сына и Святого Духа. Троица единосущна и нераздельна. Та же мысль о первом и последнем. Только в этом качестве и можно быть и отцом, и сыном одновременно, слиянно и неразрывно, являясь прародителем всех последующих и потомком всех предыдущих, как в хороводе, где каждый и первый, и последний.
Конечно, если эти слова рассматривать не в качестве «фигуры речи» – пустой болтовни, и не придумывать совсем уж бредовые конструкции для их объяснения.
