Назавтра, пока Хелена на работе, является Мэллори Крейг. Стоит на веранде, прижимая свою плоскую шляпу к груди.
— Примите извинения за вчерашнюю непристойную сцену, мистер Пирс. Мистер Канн пребывает под большим давлением, что ж тут… В общем, я… э-э… пришел сказать, что мы весьма сожалеем, и вручить вам это.
Он протягивает чек. Пять тысяч долларов США со счета «Иммари Гибралтар».
— Мы почтем за честь, если вы возглавите раскопки, мистер Пирс. Разумеется, на ваших условиях.
Я сказал ему, что ничуть не удивлен вчерашней беседой и что свяжусь с ним так или эдак.
Остаток дня я провожу сидя и предаваясь раздумьям — делая две вещи, в которых никогда не был силен до ухода на войну, но с тех пор весьма поднаторел. Я представлял, как схожу в этот шахтный ствол, как свет дня сменяется свечным, а воздух становится холодным и сырым. Мне доводилось видеть, как люди, только что пережившие завал или иную травму — люди сильные, — ломались, как скорлупа яйца при ударе о край сковородки, как только свет исчезал. А я? Я пытаюсь вообразить это, но не узнаю, пока сам не пройду по тоннелю.
Я раздумываю, чем еще могу заработать на пропитание — мои варианты. Могу найти работу горного инженера — во всяком случае, пока не кончилась война. После этого, вероятно, горнорабочих будет много, как никогда, — некоторые из освоивших это дело на войне, но гораздо больше вернувшихся с нее бывших шахтеров. Однако чтобы найти горные разработки, нуждающиеся в человеке вроде меня, придется покинуть Гибралтар — тут уж ничего не попишешь. Другой вопрос, на котором я надолго не задерживаюсь, что было бы дико добраться до Америки или Южной Африки лишь затем, чтобы отпраздновать труса в шахте и поспешно удрать.
Я смотрю на чек. Пять тысяч долларов откроют мне широкий выбор, а экскурсия по их раскопкам могла бы оказаться… поучительной… в личном плане.
Я «только погляжу», решаю я. Я всегда могу уйти или — смотря как поведет себя мой кишечник — убежать.
Я твержу себе, что, наверное, откажусь от работы, так что говорить Хелене и нужды нет. Незачем ее тревожить. Работа сестры милосердия в полевом госпитале и без того слишком напряженная.
В оперативном пункте штаб-квартиры «Часовой башни» в Нью-Дели, Индия, Слоун потер виски и бросил взгляд на стену компьютерных дисплеев.
— Мы получили спутниковый материал, — сообщил инженер.
— И? — отреагировал Дориан.
Взъерошенный специалист подался вперед, изучая компьютерный экран.
— Несколько мишеней.
— Шлите беспилотники.
Монастыри — как иголки в гигантском тибетском стоге сена, но наконец и они оказались как на ладони. Теперь уж скоро.
Внимательно осмотрев рану Дэвида, Кейт сменила повязку. Дело явно пошло на поправку. Скоро он встанет. У нее проснулась надежда. Кейт снова взялась за дневник.
