— Это к делу не относится, — я тихо рассмеялся. — Наташ, давай встречаться? Видишь, я — совершенно свободный. Хватай, пока кто-нибудь другой не заграбастал такую прелесть!
Она не выдержала и тоже улыбнулась.
— Слушай… Если ты хочешь сбить меня с толку, то тебе это удается. Всегда удавалось. Ну какое «встречаться»? Мы же не целовались даже… да у нас вообще ничего не было. С чего вдруг?
Не целовались? То есть надо соблюсти все процедуры, если я хочу, чтобы она не отталкивала меня? Не вопрос. Я наклонился и коснулся ее губ, лишь на пару секунд удержав эту близость. Она не отпрянула, кажется, только от шока. Выпрямился, оценивая свои ощущения, но не успел их сформулировать, услышав:
— Да что происходит-то… — сдавленно. — Я нравлюсь тебе?
Подумал.
— «Нравиться» — какое-то неправильное слово. Не подходит.
Она уже снова набирала обороты:
— Так скажи хоть что-нибудь, что подходит, а то я с ума сойду!
Я отпустил ее плечи и попытался выудить правильный ответ из головы. Мне не хотелось врать — это отвратительное желание говорить ей правду только что было мною принято. Но что сказать?
— Кай! — у меня внутри что-то дрожит, когда я слышу это слово от нее. — Пожалуйста, просто скажи… ты мне нравишься, я тебя хочу, ты мне интересна, мне настолько скучно, что я готов поиграть и с тобой… ну хоть что-нибудь!
Я покачал головой.
— Все эти слова неправильные.
Она зарычала. Понял, что ситуация выходит из-под моего контроля.
— Наташа, я хочу, чтобы ты была рядом. Желательно, постоянно. Я хочу, чтобы ты сама этого хотела хотя бы вполовину так, как я.
Девушка обхватила голову ладонями, но потом нашла в себе силы снова поднять лицо.
— Ладно. Пошли в кино для начала, — обреченно резюмировала она.
Я тут же схватил ее за руку и потащил к машине. Это очень правильно — вести себя вот так глупо, не думать о последствиях, не анализировать следующий шаг. Во мне уже есть ее кровь, а в ней — моя. И этот обмен не был случайностью, как во всех предыдущих случаях с другими смертными. Есть такое понятие — связь между Мастером и Дитя. Эта связь всегда закономерна и всегда начинается с правильности момента обмена кровью. Она из этой правильности и вырастает. Мастер никогда осознанно не обращает случайного человека, а Дитя не получит связи, если заранее не был готов пойди за Мастером куда угодно. И где-то, в самом первом глотке или даже до него становится предельно понятно — что к чему, да или нет, хочу ли я, чтобы ее раны затянулись или я хочу остаться в ней в виде собственной крови. Я не анализировал это до того, как начал пить из нее, я ощущал это, как само собой разумеющееся.
— На что пойдем-то? — этот вопрос она задала уже в машине, когда мы подъезжали к зданию кинотеатра.
— Без понятия… Может, про вампиров что-нибудь идет? Любишь такое?
— Вампиров? Да не особенно, — она пожала плечами.
— Ты должна дать им шанс, — совершенно серьезно отметил я. — Сама выберешь, что будем смотреть.
Про сотню лет я немного преувеличил, но годиков эдак пятнадцать, действительно, кинотеатры не посещал. И мне очень понравилось! За исключением того момента, когда я вынужден был отойти к кассе на пару минут, а по возвращении заметил, как двое парней пялятся на мою Наташу. С точки зрения смертного, она, наверное, красавица, хотя я бы к ней относился точно так же, будь она старше лет на семьдесят и страшнее вяленой рыбы. Обнял девушку одной рукой, а из-за ее плеча взглядом указал тем парням, где их место. Они безропотно ретировались. До сеанса оставалось еще полчаса, которые мы тоже провели отлично — Наташа поглощала мороженое, а я глазел на это, делая вид, что и сам поглощаю мороженое. Хотя поглощать хотелось совсем не его.
Фильм длился один час сорок семь минут, и все это время я перебирал ее пальцы. Она руку из моих ладоней не вынимала, но возможно, пришла к окончательному диагнозу о моем психическом состоянии. Кстати, сама экранизация оказалась невероятным дерьмом — не спасали даже неожиданные кадры и громкие звуки, будто окружавшие зрителя. В общем, мне понравилось.
Смеркалось, когда мы наконец-то выбрались на свежий воздух. Я решил рискнуть:
— Может, ко мне? Или в ресторан? Куда ты хочешь?
Она улыбнулась, но покачала головой.
— Спать, только спать. Отвези меня домой, а то я прямо тут с ног свалюсь.
Мне пришлось подчиниться. Едва она скрылась в подъезде, причем как-то молниеносно, даже не дав мне возможности снова почувствовать ее губами, надвинулась тоска. Что еще я должен сделать, чтобы быть с ней постоянно? Мир полон всякой пакости — несанкционированных вампиров, маньяков, насильников, симпатичных охотников. Разве я могу оставить ее наедине с такой опасностью? Зайти и просто завалиться с ней спать, несмотря на ожидаемые протесты? Усыпить внушением, снова обменяться с нею кровью, а потом испариться в рассвете, чтобы она даже не заподозрила, что я там был? Несмотря на всю глупость сделанного выбора, я просто уснул в машине. Сделаю вид, что приехал за ней утром, чтобы отвезти на работу.
