Антон с немым восхищением смотрел на Лизу. Огромные карие глаза и забавные ямочки, которые появляются, когда девушка смеется. Если ему тридцать, значит подруге детства тридцать один, она старше на год. Тогда разницу в возрасте он, малявка, принимал безоговорочно, подчиняясь девочке во всём и следуя за ней по пятам, восхищаясь её смелостью и любознательностью. Ничего удивительного, что вид микробов произвел на пятилетнего ребенка совершенно не то впечатление, на которое рассчитывали взрослые. Антон даже мысленно представил эту сценку. И в первую очередь, ошеломленную Юлию. Лиза сказала, что Юлия работала вирусологом и что-то еще… что-то важное… что-то…
– Подожди! – в голове Антона мелькали обрывочные эпизоды: ведь Лиза оказалась здесь не случайно, пришла после звонка профессора, который вызвал её, узнав фамилию хозяина квартиры, а это значит… – Ты упомянула
– Верно, – поморщилась Лиза, она поняла, что Аркадий, поручив ввести Антона в курс дела, вообще-то не сообщил ему самого главного. – Варвара и Феликс Сомовы интересовались причиной исчезновения развитых цивилизаций. Плюс в группу входили востоковед Тимур Кабиров – он расшифровал древнюю рукопись, геолог Ксения Анциферова и ключевой персонаж – программист Борис Вахрушин.
– Который хотел продолжить исследование, но погиб, – подвел итог Антон, теперь разрозненная информация собралась в целостную картину. – Следовательно, и ты как-то связана с теориями Филина?
– Это уже не теория, – четко произнесла Лиза.
– Но после передачи по радио-визору у меня сложилось впечатление, – настаивал Антон, – что вирус гениальности – лишь сумасшедшая гипотеза Филина.
– На протяжении нескольких лет, – провела ладонью по столу Лиза, – профессор разыскивает участников той группы ученых или их родственников, надеясь заполучить архив исследований. Так он вышел на меня. К сожалению, напрямую я помочь не смогла, никаких дедовских дневников не сохранилось. Хоронить Савелия, а потом Киру мама прилетала из Парижа. На память оставила лишь несколько фотографий, что-то передала в Институт астрономии, остальное выбросила. Правда, профессор, узнав о моей специализации, всё же рискнул поделиться своими размышлениями. Как и ты, поначалу я отнеслась к его теории скептически. Но любопытство – мой порок. Потихоньку, под разными предлогами начала собирать образцы крови у коллег по лаборатории, особенно тех, кому 25 лет и меньше. – Лиза секунду помолчала, потом сделала глубокий вдох и прошептала: – Я нашла его!
– Кого? – почему-то так же тихо переспросил Антон.
– Геноvirus. Он реален, – Лиза указательным пальцем нарисовала в воздухе волнистую спираль ДНК. – Воздействует исключительно на беременных женщин. От них передается плоду. Поэтому последние 25 лет рождаются только гениальные дети. То есть те, кому за 25: ты и я, профессор, твой дед и старше – мы самые обычные, скажем так, здоровые, не зараженные. Те, кто родился после
– Но у вас в руках бомба! – заерзал на стуле Антон. – Почему профессор не заявит об этом напрямую, чтобы человечество смогло принять меры?
– Аркадий Дмитриевич боится, – Лиза опять перешла на шепот, хотя в огромной квартире они сидели одни. – Ему угрожали, – Антон тут же вспомнил инцидент на Болотной площади. – Хакеры из чивилихинской партии «Поколение плюс» прослушивают телефон, читают электронную почту. Филину приходится держать в секрете наше знакомство, чтобы остальные думали, что он герой-одиночка. Но мы потихоньку продвигаемся. Помогает Анциферова.
– Геолог, организовавшая поиски упавшего метеорита? – удивился Антон. – Профессор утверждает, что женщина больна, она ничего не помнит.
– Не совсем так, – смутилась Лиза: Филин порой явно перебарщивал с секретностью. – Память к Анциферовой периодически возвращается. Короткими вспышками. Знакомый термин, какое-нибудь название, увиденный предмет или фотография рождают ряд ассоциаций – начинает выстраиваться логическая цепочка. Раз в месяц я навещаю Ксению Павловну. Надеюсь, теперь мы отправимся туда вместе. Вдруг, увидев тебя, она тоже что-то вспомнит. У нее случаются, правда, крайне редко, минуты полного просветления. Например, беседуя с ней, мы выяснили, что у группы имелся куратор от правительства – Леонид Архипов, как поженились, а потом уехали из страны Кабировы – Тимур и Юлия. Услышав фамилию Вахрушина, она внезапно произнесла, что считает гибель программиста подстроенной. Правда, не понятно кем. Но у меня тогда возникла мысль: по словам Ксении Павловны, твои родители тесно общались с Вахрушиным. А вдруг они не пропали в экспедиции? Узнав, что парень погиб, сами поспешили исчезнуть?
