видоизменений облагораживаются превращением в сократимое нервное
волокно. Тот же взгляд, который мы остановим на распространении
растительного покрова, раскроет питаемую и поддерживаемую им
полноту животной жизни.
Неоднородно соткан ковер, который обильно цветущая Флора
распростерла по голой земле: он гуще—там, где солнце высоко
поднимается над небом вечно голубым, он реже—у омертвелых
полюсов, где быстро возвращающиеся морозы то убивают только
развившуюся почку, то поражают еще лишь созревающий плод. Но человек
повсюду может радоваться нахождению питающих его растений.
Когда со дна моря вулйан, раздвинув кипящие волны (как
некогда среди греческих островов), внезапно, выдвинет шлаковую
скалу, или когда полипы (чтобы напомнить более мирное явление
природы) на подводной возвышенности возводят свои клетчатые
жилища до тех пор пока, выступив через тысячелетия над
поверхностью воды, не -отомрут, образовав плоский коралловый остров,
тогда органические силы готовы сейчас же оживить мертвую скалу.
Что так внезапно приносит семена: перелетные ли птицы, ветры или
морские волны—при отдаленности побережий трудно решить.
Но как только голого камня коснется воздух, в северных странах
на нем образуется ткань бархатистых нитей, невооруженному глазу
представляющаяся в виде окрашенных пятен. Некоторые из них
окружены простым или двойным, выступающие краем, другие—
прорезаны рубцами и разделены на участки. С течением времени
темнеет их светлая окраска. Издали заметный желтый цвет
становится коричневым, а сизовато-серые лепрарии постепенно
превращаются в пыльно-черные. Грани стареющего покрова сливаются одна
с другой, и на их темной основе образуются новые, округлые пятна
лишайника, ослепительной белизны.
Так откладываются пластами органические ткани одна на
другую. И точно так же, как человеческие общества, вступающие в
стадию оседлости, должны пройти известные ступени культуры, так
и постепенное расселение растений подчинено определенным
естественно-историческим законам. Там, где сейчас высокие деревья лесов
радостно вздымают свои вершины, некогда нежные лишайники
покрывали лишенные почвенного покрова скалы. Мхи, злаки,
травянистые растения и кустарники заполняют пропасть этого длинного
и неизмеренного промежутка времени. Роль лишайников и мхов
на севере, в тропиках выполняют Portulaca, Gomphrena и другие
низкие суккулентные береговые растения. История растительного
покрова и его постепенного распространения по пустынной земной
коре имеет свои эпохи, как и история расселяющегося животного
мира.
